Глава 63

Когда я одевался внизу, ливрейный швейцар доложил, что их высокопревосходительство господин Столыпин и его благочиние господин Распутин уже уехали.

Обычное дело, как раньше, так и в моё время, и в будущее время, начальнику по хрену мороз, на чём подчинённый доберётся и на чём подчинённый уберётся. Машина под жопой, сел и был таков. На них не надо обижаться, начальники меняются только со сменой общественного строя и когда они из номенклатуры превращаются в обыкновенных смертных, которым приходится самим рулить в машинах и вести жизнь нормального гражданина страны. Точно так же жандармы и полицейские превращаются в людей, когда отменяется их неприкосновенность.

Подошедший дежурный поручик сообщил, что буквально на днях пустили автобусный маршрут от Царского Села до Петербурга. Сам он его не пробовал, но последний маршрут отправляется через полчаса и до остановки максимум пятнадцать минут ходу.

Автобус. Со временем и Россия из феодальной страны превратится в демократическое государство, если народ из быдла превратится в граждан и будет чувствовать ответственность за судьбу страны и за каждого своего согражданина он будет драться где-угодно и с кем-угодно. А вот это уже настоящая фантастика.

Царское Село сейчас находится в городской черте Ленинграда и ехать было недолго, минут двадцать. Но впечатление от езды на автомобиле всегда приятное, особенно на ретро-автобусе, которые вряд ли увидишь даже на старинных фотографиях.

Домой я добрался с небольшим опозданием. Марфа Никаноровна сидела у окна и что-то шила, поглядывая на дверь. Обыкновенная офицерская жена.

Я умылся с дороги. Нет, я сначала разделся, снял сапоги, надел тапочки и умылся. Когда я вышел в гостиную, на столе уже стоял дымящийся ужин.

- Как день прошёл? - спросила меня Марфа Никаноровна.

- Активно, - сказал я. - Никто не звонил?

- Никто, - сказала Марфа Никаноровна. - Аппарат выключен и вряд ли по нему кто-то будет звонить.

Я подключил аппарат и в тот же момент раздался звонок. Звонил Столыпин.

Я доложил, что добрался до дома на автобусе и сейчас ужинаю.

- А я думал, что вы уехали с Распутиным. Впредь прошу не отлучаться от меня далеко, а быть всегда рядом, как и полагается чиновнику для особых поручений, - сказал он.

- Слушаюсь, Ваше высокопревосходительство, - сказал я.

- А вы что, не в курсе, что ЕИВ своим указом отменил титулования? - с явно чувствующейся ухмылкой сказал премьер.

- В курсе, господин действительный тайный советник, - отрапортовал я.

- И вот что ещё, - сказал Столыпин, - ЕИВ распорядился присвоить вам чин подполковника и наградить орденом Святого Станислава второй степени. Поздравляю вас. Завтра в полдень жду вас с планом мероприятий, о котором указано во втором указе. Спокойной ночи, господин подполковник!

Охренеть. Вот этого я не ожидал. Вероятно, я сильно смазал по августейшим рожам с их божественной властью. Чего-то я заговорил как вольтерьянский якобинец.

- Марфа, где у нас водка? - сказал я, а сам побежал к шкатулке со всякими военными мелочами.

Когда я заказывал у портного свои первые погоны с одним просветом для трёх звёздочек поручика, портной посоветовал мне взять ещё одни погоны с одним просветом для капитанского чина, чтобы на погоне не было никаких дырочек. И ещё старый Кац уговорил меня взять пехотные погоны с двумя просветами на вырост.

- Император Наполеон говорил, что в ранце каждого солдата должен лежать маршальский жезл, а старый Кац ещё скажет, что у каждого капитана должны быть полковничьи погоны, - сказал портной. - Представьте себе, что вам присвоят чин полковника, а у вас не будет погонов? Катастрофа.

И сейчас я держал полковничьи погоны и пригоршню звёздочек, а именно двенадцать штук серебряных звёздочек на золотые погоны с двумя просветами.

Я подошёл к жене и сказал:

- Марфа, поздравляй своего подполковника и кавалера ордена Станислава второй степени. Давай выпьем и будем пришивать погоны на шинель.

Старый Кац не был бы Кацем, если бы не всучил мне погоны и на шинель, которые носятся вшивными.

Как бы то ни было, но каждый чин, это по-старому, а по-новому - воинское звание, важная веха в карьере любого офицера. Офицер должен быть карьеристом, иначе зачем он шёл в службу. Не хочешь карьеры, пиши заявление, что ты поступаешь на службу и не хочешь расти выше лейтенанта. И служи лейтенантом.

Мне кажется, что многие офицеры, которые пришивают погоны к шинели, к полевой куртке, к кителю, а ещё прикрепляющие тучу звёздочек на погоны, это я о капитанах, наверное, думают, что как было хорошо, когда в армии были петлицы. Петлицы на воротник пришить много легче, чем погоны на плечи. А ещё возьмите бутерброд из погонов зимой, когда у офицера на погоны на рубашке накладываются погоны на кителе, а сверху ещё погоны на шинели. Это вообще нонсенс.

Большевики много не думали. Они взяли приготовленную императором военную форму с "разговорами" и выдали за свою, пришпилили петлицы и вот вам новая армия. Затем они взяли петлицы гражданских чиновников и заменили просветы и звёздочки на геометрические фигуры: треугольники, кубики, прямоугольники, ромбики и назвали их воинскими званиями.

Глава 65

В Сибирь мы поехали через неделю. Практически предстояла инспекторская поездка по губерниям, центры которых находятся на ТСЖМ. Если кто-то уже забыл, то это Транссибирская железнодорожная магистраль.

В России вся цивилизация находится на этой линии. Отъезжаешь от чугунки на пятьдесят вёрст и как будто в прошлый век попадаешь. Точно так же и при советской власти было, то есть в моё время.

Вдоль ТСЖМ шла и гражданская война. В стороне от линии люди и не знали, что война идёт. Какой-нибудь солдатик залётный или агитатор большевицкий расскажут чего-нибудь, а так тишина и покой.

Я знаю, что перед отъездом у Столыпина состоялся серьёзный разговор с ЕИВ по поводу предложений о реформировании России. Решений принято не было, но нужно как можно скорее принимать Конституцию в Думе и действовать в соответствии с её канонами.

В этот же день ЕИВ утвердил закон "Об уравнении в правах с финляндскими гражданами других русских подданных", предоставляющий всем гражданам Российской империи на территории Финляндии равные с местными гражданами права, а также возможность подачи бумаг и прошений во все официальные учреждения и всем должностным лицам на русском языке. Закон допускает исключения в отношении евреев.

Похоже, что пока есть время, премьеру нужно прочитать лекцию о вреде антисемитизма. Использовать для этого "Книгу судеб". Рассказать, что не в таком далёком будущем к власти в Германии пришёл диктатор-антисемит по фамилии Гитлер. Он разогнал евреев, обескровив финансы, научные кадры, культуру. Все евреи собрались в Америке и создали атомную бомбу, о которой мечтал Гитлер, но которую ему не смогли создать. Правда к моменту создания бомбы Гитлер пустил себе пулю в лоб, зато японский микадо огрёб от этой бомбы по полной.

Российский антисемитизм привёл в революцию выдающихся людей, которые поставили на колени весь правящий класс, оставив от него рожки да ножки, да ещё эмиграцию во всех странах.

Если постоянно вырывать на своей голове волосы, то останешься лысым, а лысина от постоянного травмирования может получить какое-нибудь нехорошее заболевание. Если же за волосами ухаживать, чаще мыть, расчёсывать, подстригаться, то человек всегда будет выглядеть, красивым, здоровым и добрым.

Ехали мы в отдельном премьерском вагоне, где был его кабинет, спальня, туалет, ванная комната и конференц-зал для совещания, он же обеденный зал.

Я размещался в купе вместе с адъютантом премьера ротмистром Сенцовым. Небольшое уточнение - ротмистром Отдельного корпуса жандармов Сенцовым. Не мог же просто ротмистр гусарского или уланского полка быть адъютантом министра внутренних дел. Я - простое исключение, пехотный подполковник, на которого оглядываются многие сотрудники МВД.

Как-то вечером Сенцов спросил меня:

- Господин подполковник, а правда, что вы за пять лет прошли путь от рядового до подполковника?

- Правда, Сенцов, правда, - сказал я.

- Но как же так возможно? - спросил Сенцов, который по годам был постарше меня. - Существуют сроки присвоения очередных чинов, старшинство в звании, наличие вакансий, то есть всё то, что замедляет продвижение наверх для офицеров недворянского происхождения, да и дворянам тоже нелегко приходится.

- Понимаете, Сенцов, - ответил я, - я себя помню с двадцати пяти лет. Что было до этого я не знаю, но по всем навыкам и умениям представляется, что я окончил либо военное училище, либо университет, но я служил в армии и был офицером. Поэтому я в первый же вечер в качестве вольноопределяющегося навёл порядок в казарме, заражённой неуставными отношениями и взял на себя командование ротой, которая стала беспрекословно подчиняться мне. Командование пошло на эксперимент и оставило меня командиром роты, присвоив чин зауряд-прапорщика. До службы мне пришлось сдать экзамены за полный курс гимназии и университета. Поэтому я стал заурядом. Потом в течение года я сдал экзамены за курс военного училища и получил чин поручика, так я обогнал своих сверстников. Потом меня перевели в Военно-учёный комитет Главного штаба, а оттуда в аппарат премьер-министра. Вот и всё.

- У нас всё говорят, что вы дьявол, который шагает по головам своих соперников, - засмеялся Сенцов.

- Потом офицерам расскажете, что спали со мной в одном купе и не видели у меня ни копыт, ни рогов, - сказал я, - а вот насчёт чьих-то голов, это уже напраслина. Никто не может посетовать, что я кого-то подставил, сподличал или написал донос. Если кто-то так скажет, то Дуэльный кодекс в Российской армии никто не отменял, а за стрельбу из нагана у меня есть приз. Зато мы с вами находимся у истоков рождения новой России, которая помчится по рельсам технического прогресса и все развитые страны Запада будут нас догонять. Кто-то из классиков говорил, что раньше во Франции за российский рубль давали пять франков, а сейчас бьют в морду. Так вот, скоро российский рубль будет цениться выше всяких марок, гульденов, долларов, песо и к нам будут приезжать учиться, а не мы к ним. Давай-ка, друг Сенцов, вздремнём, а то шеф просыпается ни свет, ни заря и нам надо рядышком быть, мало ли чего.

Поезда в то время ходили не так быстро, как сейчас. На паровозной тяге сильно не разгонишься, зато у пассажиров всегда находилось время, чтобы обсудить все вопросы, на которые у них не находилось времени в повседневной столичной жизни, особенно в условиях министерства внутренне них дел, бывшего как бы государством в государстве.

- Расскажите мне, как вы видите военную реформу, - предложил мне Столыпин, держа в руках мои семь пунктов.

- Российская армия в кратчайшие сроки должна стать современной и боеспособной армией. Первое - перевооружение современным оружием, причём российского производства, а не импортным, типа японских винтовок "Арисака", пылящихся на складах. Будущее за ручным автоматическим оружием. Увеличить производство патронов и снарядов. - Второе. Офицерский состав учить военному деле настоящим образом. Нужны боевые офицеры, а не паркетные шаркуны. В армии повсеместно отменить "прусский шаг". Мы - русские и шагать должны как русские. Отменить разноцветные мундиры и эполеты всякого рода, а также уменьшить количество золота, вензелей и всяких шифровок на погонах всех военнослужащих, как ненужное расходование средств, выделяемых на оборону. Стрелковую подготовку сделать основной дисциплиной, по которой оценивается боеготовность части. Офицерский корпус нужно пополнять грамотными специалистами и выпускниками университетов. Третье. Организовать централизованное снабжение армии продовольствием и не обременять полки ведением своего войскового хозяйства, создавая предпосылки для финансовых махинаций и злоупотреблений.

- Так, а вот вы пишете про изучение истории, это ещё к чему? - спросил меня премьер.

- История - это очень опасное оружие, которое не только острое, но ещё и обоюдоострое, - начал объяснять я.

- Какое ещё острое оружие? - усмехнулся Столыпин. - Наши доблестные воины под предводительство князя Олега прибили его щит над вратами Царьграда. Разгромили всех половцев и печенегов, терзавших русскую землю. На Куликовом поле освободились от монголо-татарского ига. Штурмовали турецкие крепости. Изгнали войско Наполеона из России. Александр Невский, Дмитрий Донской, Александр Суворов. Михаил Кутузов. Павел Нахимов. Одни эти имена что стоят! - патетически сказал Столыпин.

- Пётр Аркадьевич, - сказал я, - прошу выслушать меня спокойно и уже потом дать оценку моим словам. Князь Олег был в Царьграде в 907 году, когда московского княжества не было и в помине, а было Киевское княжество и была Киевская Русь. А это не Россия. Москва появилась только одна тысяча сто сорок седьмом году, когда печенегов и хазар уже не было в помине и они не терзали Россию. И Московское княжество появилось только в 1263 году и не без помощи Золотой Орды. Куликовская битва была в 1380 году, а монголо-татарское иго пало в 1480 году. В этот промежуток хан Тохтамыш сжёг Москву и побил множество русичей. И Киевская Русь была присоединена к Московскому княжеству только в 1654 году во время Переяславской Рады. Поэтому, когда народ будет изучать историю так, как это положено, то это может сказаться и на единстве Российской империи, созданной из ранее бывших самостоятельными царств и княжеств, наименования которых перечислены в гербовой записи Его императорского Величества.

- Да вы говорите, как махровый революционер, - возмущённо сказал Столыпин, - откуда вы такой ереси набрались?

- В основном за счёт самообразования и периодического чтения Книги судеб, - сказал я. - Там про всё прописано, даже о том, что после великой войны распадутся Австро-Венгрия, Оттоманская и Британская империи.

- А что Россия? - спросил Столыпин.

- Это всё будет зависеть от нас и от того, какую национальную политику будет проводить правительство. Все части империи исподволь стремятся к независимости и любая ситуация будет использована ими, чтобы получить свободу.

- Я в это не верю, - твёрдо сказал премьер, - Народы наши обожают своего императора, и империя наша будет стоять ещё тысячу лет и ничего с ней не сделается. Русский народ - самый лучший народ в мире. Народ-богоносец, всё самое лучшее будет происходить от него и весь мир приедет учиться у него.

- Вынужден огорчить вас, Пётр Аркадьевич, - сказал я. - Всё подчиняется закону дерьма.

- Снова что-то неприятное? - предположил Столыпин.

- Объективное всегда нелицеприятно, - сказал я. - Так вот. Господь создал человека из праха и в прах он превращается в конце своей жизни. С этим вы не будете спорить? - спросил я премьера.

- Разве с этим можно спорить? - подтвердил мой собеседник и начальник.

- Так вот, прах - это дерьмо, а разве может быть хорошим то, что создано из дерьма? Не может, - повествовал я. - Слышал я, что в Якутской губернии проживает один крестьянин, который по зиме, когда больших работ нет, из коровьего дерьма лепит всякие фигуры, как-то: людей, лошадей, дворцы, церкви. Люди смеются, а многим нравится, потому что получается очень похоже. Если сказать в глобальном смысле, то все люди в каждой стране полное дерьмо. И количество дерьма у них уменьшается по мере воспитания, обучения, достатка и образа жизни. Сами понимаете, что каждый из этих постулатов можно расчленить на подпункты. Но и наличие всего этого перечня частенько не превращает дерьмо-человека в homo positivus, то есть в человека положительного. Природа или Господь Бог создали наш мир в полной гармонии. То есть количество дерьма должно быть равно количеству чего-то чистого, чтобы вся система не свалилась в полное дерьмо или наоборот - не стала чем-то стерильным, что и плюнуть доброму человеку некуда. Во время войн и бедствий в первую очередь погибают более чистые и патриотичные. Остаются те, на ком клейма ставить негде, но и им приходится проявлять какой-то героизм, чтобы выжить самим. Потом происходит очищение части дерьма и из дерьма, то есть от дерьма станут рождаться дети, которые будут замещать тех чистых, которые погибли в борьбе. Точно такая же формула используется и во время революций. Если вы помните, то самое точное определение принадлежит Наполеону Бонапарту. Революцию задумывают гении, делают ей дураки, а результатами пользуются сволочи.

Глава 67

Я постоянно проглядывал все газеты, благо в приёмную премьера их закупалось немалое количество, чтобы быть в курсе всего, что происходит в России и во всем мире.

Дома я проводил политинформацию для Марфы Никаноровны. Когда я забывал это сделать, то Марфа Никаноровна сама напоминала мне. Информация - это как наркотик, нет информации и у человека начинается информационная ломка.

15 апреля британский лайнер "Титаник" потерпел крушение в результате столкновения с айсбергом. Погибли 1496 человек.

16 апреля. Новостей из Сибири нет.

17 апреля. Новостей из Сибири нет.

18 апреля. Новостей из Сибири нет.

19 апреля. Новостей из Сибири нет.

Ленского расстрела нет. По докладу генерал-губернатора Восточной Сибири забастовка прекращена, так как владельцы начали улучшать условия жизни рабочих, и министерство финансов совместно с министерством транспорта оказали помощь в строительстве узкоколейной линии. Всё-таки, историю мы повернули.

Действительного статского советника Белецкого не назначили директором департамента полиции. Из канцелярии ЕИВ донёсся слух, что главной причиной его обхода по должности является слишком борзой характер, который может послужить детонатором революционных выступлений в стране в ответ на жестокость полиции в отношении народа и что мысль сия была высказана мною.

Потом прошла агентурная информация, что обиженный Белецкий начал организацию покушения на меня руками радикального крыла социал-демократов, занимавшегося террором. После беседы с министром внутренних дел Белецкий подал в отставку и жил в своём имении, занимаясь рыбалкой и написанием детективных романов из старорусской жизни.

Отец и сын Сивковы несколько месяцев были моими негласными телохранителями, но потом переключились на более существенные дела.

5 мая в Петербурге вышел первый номер социал-демократической газеты "Правда".

Свобода слова - это показатель настроений в обществе и барометр политической ситуации в стране. Когда начинают отправлять на каторгу за неосторожное сказанное слово, то государство само подкладывает себе свинью, не понимая, что происходит в стране и принимая абсолютно неправильные решения.

Сейчас на очереди главное событие века. Первая мировая война. В год, когда я появился здесь, проходили франко-русские и русско-английские переговоры.

В принципе, никаких военных соглашений на этих переговорах не было. С Англией договорились о признании её сюзеренитета над Афганистаном и разделили сферы влияния в Иране. С Францией договорились о действиях на случай нападения Англии на Францию. И никаких договорённостей о совместном выступлении против Германии и Австро-Венгрии. Раз не воюют друг с другом, то значит они союзники. Антанта. Согласие. И каждый в этом согласии готов сунуть пук тлеющей пакли в штаны союзнику.

С Тройственным союзом все определённее. Рейхсканцлер Германской империи Теобальд фон Бетман-Гольвег выступил в Рейхстаге и заявил, что Германия вступит в войну на стороне Австро-Венгрии, если та подвергнется нападению, которое будет угрожать её существованию. Он также подтвердил интересы Германии на Балканах. В этом союзе болтающийся хвостик - Италия, которая в конце концов, в моём мире, выступила протии Германии и Австро-Венгрии.

В такой ситуации России ни в коем случае не надо ввязываться в драку в неподготовленном в военном отношении состоянии.

Взрыв произойдёт на Балканах. Это уже понятно. Братья славяне.

Гей, славяне, наше слово
Песней звонкой льётся,
И не смолкнет, пока сердце
За народ свой бьётся.

Дух Славянский жив навеки,
В нас он не угаснет,
Беснованье силы вражьей
Против нас напрасно.

Наше слово дал нам Бог,
На то Его воля!
Кто заставит нашу песню
Смолкнуть в чистом поле?

Против нас хоть весь мир, что нам!
Восставай задорно.
С нами Бог наш, кто не с нами -.
Тот падёт позорно.

Гимн этот был написан словаками в 1834 году, но был принят как гимн славян во всём славянском мире. В него нужно вчитываться и выделять главные лозунги:

- Против нас весь мир и нам плевать - мы будем биться с ним.

- Кто не с нами, тот падёт позорно.

- Слово славянина - слово Бога.

И главный вывод. Славяне постараются втянуть всех в мировую заварушку.

Причём, нужно отметить, что славянин славянину не друг, товарищ и брат, а обыкновенное ЧЧВ, то есть - человек человеку волк.

Славяне ищут отличия друг от друга, чтобы отсоединиться от других славян и крикнуть, это я самый славянистый славянин, а вы все волки позорные. На этой основе Балканы представляли собой лоскутное одеяло Европы. Причём, в этом одеяле каждый лоскуток был отдельно друг от друга.

Идея панславизма пугала всех во всём мире. Если бы славяне всего мира объединились, то в мире не было такой силы, кто мог бы противостоять им. Но славяне не объединятся никогда.

Возьмите крупнейшую славянскую державу Россию и Польшу, которая является частью Российской империи и частью Австро-Венгрии. Это злейшие враги, причём поляки, входящие в состав Российской империи, являются не менее ожесточёнными врагами России, чем те, кто проживает в Австро-Венгрии. И к Австро-Венгрии ненависть их намного меньше, чем к России.

Славянами являются и болгары, которым мы помогли избавиться от османского ига. И что в результате? Болгария флиртует с Тройственным союзом.

Остальные славяне ненамного лучше или хуже. Завистливые. Чванливые. С полным отсутствием самокритики и имперским суждением. И чем меньше, страна, тем сильнее имперские замашки.

В моё время в 1913 году была Вторая Балканская война за раздел Македонии между Болгарией с одной стороны, и Черногорией, Сербией и Грецией с другой, а также подключившимися к военным действиям против Болгарии Турцией и Румынией.

И в это время, как мне кажется, эта война не минует Балканы, и чем больше будет таких войн, тем будут прочнее позиции Германии и Австро-Венгрии на Балканах.

Все эти мысли я изложил в докладе на имя премьер-министра и министра внутренних дел Российской империи Столыпина Петра Аркадьевича.

Основной вывод по докладу. России ни в коем случае не нужно ввязываться в войну на Балканах. Главная задача - заниматься укреплением обороноспособности и готовности страны к военным действиям как на своей территории, так и за границей.

Столыпин как славист и националист морщился, когда читал первую часть доклада, но на второй части доклада в его лице виделось чувство глубокого удовлетворения. Это я так, по-старорежимному, то есть по-совецки, оцениваю его отношение к докладу.

- Жёстко вы, Олег Васильевич, - сказал он мне, - но справедливо. У нас каждый славянин готов в любое время перегрызть горло другому славянину, и даже не поморщится. А что вы думаете о шагах России в начальный период войны?

- Начальный период не должен касаться нас, - сказал я. - Мы должны прямо сейчас усилить наши западные военные округа и сосредоточить ударную группировку на Кавказском направлении. И делать это нужно очень осторожно, чтобы не вызвать панику у соседей, под видом усиления охраны своих границ и путём укрупнения пограничных бригад и отрядов. Пусть Отдельный корпус пограничной стражи немного распухнет. Там служат ребята бравые, а нашей пехоте и кавалерии не повредит познакомиться с пограничной службой и поносить зелёные фуражки. И я уверен в том, что, один раз надев зелёную фуражку, офицер или солдат не согласится променять её ни на какую другую. А на место подразделений, ушедших в погранстражу, мы поставим новые части.

Когда начнётся активная фаза войны, Россия должна быть в нейтральных отношениях со всем миром, а вот к концу войны мы будем самой сильной военной державой, которая будет диктовать всем условия мира или войны.

- Какие ваши предложения по поводу Польши? - спросил премьер.

- Здесь всё просто и очень сложно. Моё предложение, - сказал я, - освободить австро-венгерскую часть Польши и соединить её с российской, дав независимость единому царству польскому. Таким образом мы будем иметь постоянный дружеский буфер между Россией и Западом. Можно оставить всю Польшу в составе России, но тогда мы будем иметь постоянную бомбу с фитилём в виде Тадеуша Костюшко, причём такого Костюшко, которого ещё не видали. Поляки вооружённым путём добьются своей независимости, и все западные страны будут на её стороне. Пока как-то вот так, - закончил я. - Когда будет принята Конституция, то эти вопросы будете решать вы, а не ЕИВ. На его долю останется утверждение вашего решения, а если он его не утвердит, то его утвердит парламент.

Конституция была принята в начале 1913 года и утверждена Указом ЕИВ.

Наступала эпоха конституционной монархии. Выборы в парламент были назначены на конец 1913 года. Почему именно в 1913 году? Потому что это был год наибольшего расцвета империи, остановленный Первой мировой войной. Большевики, в моё время победившие в гражданской войне, чуть ли не весь век стремились выйти на уровень 1913 года, но этот год всё отдалялся и отдалялся от них.

Министерство юстиции не успевало регистрировать политические партии. Там, где собирались трое русских, создавалось десять партий. Так всегда бывает, когда в стране вводятся гражданские свободы и права человека. Потом большинство партий чахнет, умирает и попадает в небытие, оставляя на полях политических сражений лишь несколько жизнеспособных партий.

Глава 69

Эксгумацию могилы Его благородия мы проводили ночью. Смотрителем кладбища оказался мой бывший сослуживец, который и организовал ночную раскопку могилы.

Прошёл год со дня смерти нашего товарища, а вдова всё не верила в то, что в гробу кто-то есть, вот мы и решили развеять её сомнения. Говорят, что после отпевания гроб открывать нельзя, но Его благородие со скепсисом относился ко всем церковным церемониям, хотя в церковь ходил регулярно.

Мы подсвечивали фонарями, а двое рабочих сноровисто орудовали своими лопатами, выкидывая землю на предварительно подстеленный брезент.

- Глянь-ко, Вань, - сказал один, - земля словно пух какой, совсем не слежалась, как будто вчера усопшего хоронили.

Второй рабочий работал молча и чего-то испуганно оглядывался.

- Ты чего, - спросил я Ивана, - покойников боишься? Так покойников бояться не надо, надо бояться живых.

В это время лопата скребнула по гробу и рабочий выскочил из могилы, спрятавшись за спину смотрителя. Это было как-то странно.

Второй рабочий обкопал гроб и подвёл под него верёвки. Вчетвером мы вытащили гроб и поставили его на земляную насыпь. Был второй час тёплой сентябрьской ночи, и вся нечистая силы давно уже повылезала из земли и внимательно наблюдала за нами из-за памятников и крестов.

Смотритель достал из кармана отвёртку и стал откручивать крышку гроба.

- Смотри-ка, Христофор, - сказал он мне, - гроб-то всего на два шурупа закручен. А я помню, что он был закручен на все шесть шурупов.

Я тоже это помнил и подтвердил, что лично видел, как гроб закручивали на все шурупы, которые были наполовину вкручены в крышку.

Открутив последний шуруп, мы подняли крышку и увидели там только полковничий мундир с оторванными пуговицами. Покойника не было.

- Закручиваем назад, - сказал я, - убираем всё, чтобы было чисто.

Обратная работа пошла быстрее. Марфа Никаноровна стояла молча, беззвучно шевеля губами, как будто проговаривала какую-то тираду, которую не могла здесь произнести.

Когда закопали гроб и восстановили холмик с крестом, все облегчённо закурили.

- А сейчас, дружок, - сказал я рабочему по имени Иван, - давай выкладывай всё, как вы раскапывали эту могилу в прошлом году.

Рабочий попытался вырваться из моей руки, но у него это не получилось с первого раза, не получится и со второго. Сивков-старший научил меня цепким захватам, чтобы объект наблюдения не смог вырваться и убежать. Старая филёрская школа.

- Ты чего молчишь? - грозно спросил смотритель. - Не знаешь, какие порядки у нас на кладбище? Говори, а не то это кладбище твоим родным домом окажется.

- Косой меня подбил могилу раскопать, - начал говорить Иван. - Мол, полковник-то не из простых людей, в самых верхах вращался и у него даже пуговицы из чистого золота, в зубах бриллиантовые пломбы вставлены. Сам видел, век воли не видать. Гроб мы откопали, вытаскивать не стали, только крышку сняли и наверх выкинули. Косой начал пуговицы рвать, а тут покойник встал, да как рыкнет на него, он замертво и упал. А я убежал от греха подальше. Потом, когда рассветало, пришёл, ни покойника, ни Косого нет. Я кое-как крышку закрыл и всё закопал. Где и кто из них сейчас, не знаю. Вот те истинный крест.

Мы с Марфой Никаноровной тихонько шли по аллее к автомобильной стоянке.

- Считается, что Олег Васильевич умер от старости в 1960 году в возрасте 78 лет. В сентябре. А настоящий Олег Васильевич в том же году и должен был родиться, - сказала Марфа Никаноровна. - Вы уж, Христофор Иванович, наведите справки, не рождался ли 6 сентября ли в Вятской губернии мальчик по имени Олег сын Васильев.

По моему запросу из Вятского жандармского управления пришёл ответ, что действительно в Просницком уезде 6 сентября родился мальчик, которого нарекли именем Олег сын Васильев.

Когда я сообщил это Марфе Никаноровне, то она перекрестилась и сказала:

- Я так и знала, что он не может умереть. Момент его смерти и был моментом его нового рождения.

Я шёл по аллее и думал, зачем Его благородие писал эти записки. Прославиться он не хотел и на первые роли в государстве не претендовал, знал божескую заповедь, что нет пророков в своём Отечестве и не надо давать святыни псам и рассыпать жемчуга перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами, не накинулись и не растерзали вас. Но он хотел просветить жаждущих знаний. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо будут они насыщены. Не во всём, но во многом они насыщены. Он же сказал: не судите, чтобы вам не быть судимыми, ибо, каким судом судите, таким будете судимы, и какой мерой мерите, такой будет вам отмерено.

Завтра я отдам записки в типографию и скоро эту книгу будут читать все, а те, кто читает книги, тот называется читателем. Читатели тоже имеют названия. Есть просто читатель - ПЧ. Он прочитает книгу и пойдёт дальше, обдумывая содержание. Есть вдумчивый читатель - ВЧ. Этот прочитает и ему захочется что-то уточнить, докопаться до истины по большому или по мелкому вопросу, и он захочет высказаться, чтобы и его голос был услышан в виде комментария или письма автору. Есть ещё и третья категория читателя. Он даже не читатель. Он разносторонний человек, который ходит повсюду и присматривается к тому, где бы ему можно было поднагадить, да так, чтобы от запаха люди шарахались в стороны. Если есть возможность поставить оценку, то поставить такую оценку, чтобы человек, собственного мнения не имеющий, от этой оценки отшатнулся и от запаха нос закрыл.

Все читатели - люди и всё человеческое им не чуждо. Но к Его благородию никакая грязь не пристанет. И директор типографии нам человек не чуждый по печати указов ЕИВ и постановлений правительства. Да и Марфе Никаноровне гонорар за книгу будет неплохим подспорьем в жизни.

Глава 50

Новый 1911 год мы встречали в кругу семьи, то есть вдвоём.

Я всегда недопонимал сущность этого праздника. Это, примерно, как день рождения. Ура, смотрите все - это я родился! Мне стало на год больше, и я стал на один год ближе к своей смерти.

В славянские времена всё было по-другому. Славянский Новый год или Новолетие приходится на 14 сентября. Этот день является первым днём нового церковного года - индикта.

Осенью завершались работы в поле и начинались засидки (работа в избах при огне) по обработке урожая. В этот день вечером гасили старый огонь в доме, а ранним утром зажигали "новый".

14 сентября славяне обходили все поля с особыми песнями и закличками, чтобы в будущем году урожай был хорошим. В этот же день перебирались в новые построенные дома и справляли новоселье.

К этому дню заканчивали все торговые и хозяйственные договоры и сделки, уплачивали дани, оброки и пошлины.

В Новолетие проводились обряды "пострига" в воинство и крестьянство детей, достигших возраста 3-4 лет. Это тоже сопровождалось празднествами и гуляниями. Если говорить попросту, то это всё равно как человек получает новый чин или орден, и он это дело празднует. Точно также и при назначении на новую должность. Это действительно праздник. А что новый год нам приносит? Ничего. Новый год можно назначать на любой день и ничего от этого не изменится.

Славяне люди хитрые и они, несмотря на все притеснения церковников, оставили себе праздник, который назвали Проводы зимы и наступления весны.

И что-то мне вдруг вспомнилось, что в моё время 14 сентября было совершено покушение на председателя Совета министров Российской империи Петра Аркадьевича Столыпина. Надо спасать мужика, он может изменить историю и направить Россию по особому пути.

Китайцы празднуют новый год по лунному календарю в один из дней между 21 января и 21 февраля и называют это праздник Праздником весны (чхунь цзие). Празднуют его пышно и целую неделю, заканчивая празднества в Праздник фонарей, отмечая пробуждение природы и подготовку к новому сельскохозяйственному году, обеспечивающему китайцев едой и приносящему богатство.

Примерно также празднуют в буддистских странах Монголии и Корее.

Мы с Марфой Никаноровной сидели за столом, пили вино (она) и желали друг другу здоровья и исполнения всех желаний. В полночь мы встали и чокнулись рюмками, возвещая приход Нового года в наш дом.

- Я представляю, что бы сказали мои родители, увидев нас с тобой вдвоём здесь, - сказала она. - Я, до сих пор не верю, что мы вместе и будем вместе до конца.

Мы выпили ещё, я закурил и сказал:

- Знаешь, на новый год и в крещение люди гадают, и я хочу погадать о нашем будущем. Смотри сама. Максимум года через три начнётся большая война. Подготовка к ней идёт полным ходом и остановить её нельзя. Война продлится не менее трёх лет и приведёт к революции и гражданской войне, погубив десятки миллионов людей.

- Откуда ты всё это знаешь? - шёпотом спросила меня Марфа Никаноровна.

- Я не знаю, - сказал я, - я гадаю и думаю, как это можно предотвратить или перенести всё с наименьшими последствиями для нас с тобой.

- И как всё это будет? - спросила меня жена.

- Не знаю, - сказал я, - но твоя профессия врача будет особо востребована в этот период. Полевая хирургия будет заглавной, а ты у меня специалист по разным травмам. Мужчин призовут в армию и самые большие потери будут у рядовых и необученных. Мне, как офицеру, более или менее ясно, как нужно выживать на войне. Я хочу сказать, что нам с тобой сейчас пока рано заводить детей, чтобы не обречь их на страдания войны. Лет через десять мы всё ещё будем молоды и способны завести дом полный детей.

Марфа Никаноровна прислонилась к моему плечу и заплакала. Я гладил её голову и утешал, что всё ещё может повернуться по-иному.

- Мне через десять лет будет сорок пять, - плакала моя жена.

- Перестань плакать, - говорил я, - ты что, забыла: сорок пять - баба ягодка опять.

Поплакать иногда полезно. Стресс снимается и слёзные протоки прочищаются.

Главный штаб после новогодних и рождественских каникул в работу втягивался медленно. Начальникам тоже нужно отдохнуть, а подчинённым не резон тревожить начальнические размышления о грядущем.

Меня вызвал к себе генерал-майор Иноземцев и спросил, известно ли мне о таинственном событии в районе реки Подкаменная Тунгуска. И что я об этом думаю.

Я ответил, что событие произошло в июне 1908 года и, по моему мнению, в этом районе произошёл взрыв огромного метеорита.

- Свидетели говорят, что вокруг повалены деревья и никаких пожаров тайге не было. Какой же это взрыв? - спросил меня начальник.

- Когда летит пуля, то она сжимает перед собой воздух, иначе бы она летела не на километр, а на десять километров, - начал объяснять я. - А метеорит над Тунгуской был очень огромным. Он так же сжимал перед собой воздух, а сзади у него не было воздуха, так как он не успевает лететь за метеором. Разница давлений привела к огромному взрыву, когда огонь полетел назад, а впереди образовалась сильнейшая звуковая волна, которая и повалила деревья без всяких пожаров.

- Заумно, господин штабс-капитан, - сказал генерал-майор. - Очень заумно. Общение с профессором Жуковским явно идёт вам на пользу. К нам по линии министерства иностранных дел поступают заявки на разрешение провести изыскательские и исследовательские работы в этом районе для определения причин взрыва и поиска материальных следов. Как вы думаете, может нам стоит организовать войсковую экспедицию туда?

- Вряд ли нам стоит посылать туда экспедицию, - сказал я. - Там непроходимая тайга. Для того, чтобы доставить личный состав и необходимое оборудование придётся потратить много денег. Очень много денег. Комарья в этом районе столько, что слоны оттуда разбегаются, клещи размером с ладонь, а солдат без привычки вряд ли долго там выдержит. Потом, в том районе очень много суеверий и каждая трудность будет подгоняться под это суеверие. Было бы целесообразным разрешить иностранцам отправить туда экспедиции, чтобы узнать, что они там нашли. А потом мы эти находки цап-царап себе.

- Хитро, а откуда слоны в Тунгусской тайге? - спросил генерал Иноземцев.

- Слонов там нет, Ваше превосходительство, это я так, для образности сказал.

- Сегодня ожидайте полковника Фёдорова с чертежом своего автомата, постарайтесь переговорить с ним по-деловому, - сказал генерал, - если не будет получаться, вызывайте меня.

Полковник Фёдоров появился после обеда и снова с такими же претензиями, как и профессор Жуковский. У всех авторов и конструкторов излишне высокое самомнение. Они считают, что они гении, что вот это, предлагаемое к рассмотрению - самое гениальное и любой критик - это ретроград, который совершенно ничего не понимает и заслуживает если не затрещины, то вызова на дуэль, на худой конец. Литератор начинает кричать, что применённое им слово является квинтэссенцией написанного им романа. Конструкторы не менее агрессивны в отстаивании своего детища. Допустим он сделал лестницу с высотой ступеней в семьдесят сантиметров. По этим ступеням могут ходить только высокие люди с постоянной опасностью разрыва брюк в области промежности. И хоть кол ему на голове теши, всё стоит на своём. Таких нужно гнать и забыть об их существовании, даже если в его изобретении было что-то и полезное. Чуть попозже придёт другой изобретатель с тем же самым, но пригодным для всех.

Вошедшего полковника я приветствовал так, как и положено младшему по чину приветствовать старшего офицера.

Бросив чертёж на мой стол, он развернул его и грозно спросил:

- Так что же вам не нравится в разработанной мною схеме автомата?

- Господин полковник, - начал я свой ответ, - я знаю, что вам приходится быть привязанным к японскому патрону Арисака, взяв за основу автоматику пулемёта Максим с коротким ходом ствола при отдаче выстрела. Такая система пригодна для мощного патрона и стационарного оружия. Использование этой системы в автоматической винтовке приведёт к сильной отдаче в стрелка и снизит точность стрельбы. Для автоматической и самозарядной винтовки лучше использовать систему отвода пороховых газов из канала ствола в газовую камору, которые будут толкать газовый поршень с затворной рамой и затвором. Таким образом, можно одновременно создать автоматическую и самозарядную винтовки. Можно сделать отдельную затворную раму с затвором и отдельно толкатель с газовым поршнем.

Я нарисовал ему схему автоматики, которая применяется в автомате Калашникова.

- А вам разве не передали мои предложения по совершенствованию автомата? - спросил я.

- Нет, -хмуро ответил полковник Фёдоров, - мне устно передали, что вы полностью забраковали мою систему.

Я взял карандаш и снова набросал схемы советского пистолета-пулемёта системы Судаева образца 1943 года, немецкого пистолета-пулемёта МР-40 и советского пистолета Макарова, использующих систему отдачи свободного затвора.

- Господин полковник, - сказал я, - если вы сделаете хотя бы один из трёх видов этого оружия, вы прославите себя на века своим именем на этом оружии. У меня есть некоторые мысли по конструктивным особенностям этих схем, и я с удовольствием поделюсь ими без какого-либо упоминания моего имени в этом деле.

Фёдоров ушёл от мня в некотором успокоении, но я предполагал, что этой Арисакой ему ещё проедят плешь.

Глава 52

По дороге в присутствие я обнаружил за собой слежку. Наблюдение за собой выявлять очень просто. Для этого нужно немного сосредоточиться и перестать думать о всякой ерунде, а просто заняться игрой в лица, вспоминая, видел ли ты когда-нибудь человека, сегодня встретившегося тебе. Кроме лиц нужно отмечать самые интересные элементы гардероба женщин или мужчин. Я, например, знал, что для филёров департамента полиции и Охранного отделения было закуплено сукно горохового цвета на верхнюю одежду. Какой дурак это придумал, до сих пор не известно, но кто-то хорошо нагрел руки, или как говорили в моё время, попилил бюджет. Так вот гороховое пальто мне встретилось только сегодня и после встречи с полковником Отдельного корпуса жандармов Петровасом. Вербовка с одновременным установлением слежки. Это что-то новое в практике агентурно-оперативной работы жандармского сыска.

Кстати, в отношении гороховых пальто. Гороховый цвет все представляют по гороховому супу, который варится из лущёного или колотого гороха жёлтого цвета. Жёлтый цвет по-простому называется канареечным. А вот гороховый цвет имеет множество оттенков, например, малахит, зелёный луг, весенний, морской зелёный, нефрит, зелёный, яркий лайм, трилистник, шартрез, лесной зелёный, яблоко Грени, мята, ультразелёный, хаки, аспаргус, оливковый, горчичный.

Предрасположенность к этим цветам генетическая. Так что, если увидите кого-то в машине канареечного или горохового цвета, то знайте, что это филёр или генетический потомок филёра российской империи.

По другой версии, служащие учреждения на Гороховой улице имели один и тот же покрой пальто, который делал их похожими друг на друга как однояйцевых близнецов.

Петербург я знал очень плохо, но каждый день при возвращении домой уделял с полчаса на изучение улиц и проходных дворов, прилегающих к присутствию и месту жительства. Просто так. На всякий случай. Мало ли чего. Кроме этого, в моём кабинете висела карта Петербурга. Специально повесил, чтобы лучше представлять, что и где находится. И в присутствии я тоже уделял не менее получаса, чтобы запомнить, что и где находится и по каким улицам лучше до него дойти. Примерно, как лётчик, который по карте изучает район боевых действий.

Свернув в один из проходных дворов, я быстро прошагал его и встал с левой стороны, приготовив револьвер. Вначале послышались осторожные шаги, которые стали убыстряться и потом перешли на бег, чтобы не потерять меня. Вскочившего мужичка в котелке с утеплением я ухватил за лацкан горохового пальто и сунул к его носу револьвер:

- Ты кто такой, сука? - зарычал я.

- Ваше благородие, - закричал мужичок, - не убивайте, Сивковы мы.

- Какие ещё нахрен Сивковы? - сказал я. - Я только тебя здесь вижу.

- Это мы с папашей, - заговорил мужичок, - папаша у меня филёр и я филёр. Сивковы мы. Работаем в Охранном отделении у господина Сизокрылова, титулярного советника.

- Ну и что? - спросил я. - Я-то здесь при чём? Чего ты за мной таскаешься?

- Не знаю, Ваше благородие, - запричитал филёр, - следи, говорят, за их благородием, выявляй, с кем он общается, чем интересуется. И смотри, говорят, на глаза ему не попадайся, иначе мы тебя вместе с папашей из филёров-то и выкинем. Чего я теперь папаше-то скажу? - чуть не плакал филёр. - Из-за меня и его работы лишат. Работа-то собачья. А другого ремесла мы и не знаем.

- А если бы тебе приказали убить меня? - спросил я филёра.

- А чё нам делать-то? - заскулил филёр. - Мы люди подневольные, чего нам прикажут, то и делаем. Начальству оно виднее, в кого стрелять, а кого удавить в переулке.

- А ты не думаешь, что когда к власти придут социалисты, то они вас с папашей удавят где-нибудь в тюремной камере? - спросил я.

- Папаша говорит, что революции нам бояться не резон, - уже спокойнее сказал мой пленник, - филёры и тюремщики при любой власти нужны, как проститутки и артисты.

- Умён, сукин кот, - сказал я. - И что мне прикажешь с тобой делать?

- А отпустите меня, - сказал Сивков. - Вы сами по себе, и я сам по себе.

- Хорошо, - сказал я. - А кто у вас за старцем святым следит? За тем, что к чете царской вхож.

- А мой папаша и следит, - сказал филёр.

- Так вот, если хочешь остаться на службе, - сказал я, - то пусть папаша твой устроит мне встречу со святым. Понял?

- Понял, чего же не понять, - сказал Сивков, - только папаша мне устроит взбучку за то, что я попался.

- А ты ему об этом не говори, - предложил я, - скажи, что должен одному хорошему человеку услугу сделать. Он тебя спас, а ты ему отплатить должен, а то расплата будет нехорошей.

- Вы, господин хороший, в Питере не так давно, - сказал Сивков, - у нас не принято угрожать филёрам.

- Грозишь? - усмехнулся я. - Я тебя сейчас пристрелю и пойду домой пить чай. А твой папаша пусть тебя хоронит и в деревню отпишет, что откинулся ты в деревянном макинтоше надолго, если не навсегда.

- Ваше благородие, - взмолился филёр, - век жизни благодарен буду, семью в город хочу перетянуть, не убивайте, всё сделаю, как вы просили.

- Как тебя зовут-то, Сивков? - спросил я, убирая револьвер.

- Константином кличут, Ваше благородие, - отозвался бывший пленник.

- Константин - значит постоянный, стойкий, по имени твоему и Константинополь назвали, - сказал я. - Я тебе верю. Встречаться будем здесь. Каждую неделю во вторник проверяй тумбу афишную на углу Литейного. Увидишь красный крест с левого края - приходи в полдень на следующий день. Нарисуешь чёрный крест с правого края - жди меня в полдень на следующий день. Поверь, что со мной лучше дружить, чем враждовать. И смени пальто. В этом пальто любой признает в тебе филёра.

Я поправил на себе портупею и спокойно пошёл к выходу на проспект. В принципе, за слежку можно не беспокоиться. Она есть и это уже успокаивает.

В газете прочитал, что Марии Склодовской-Кюри присуждена Нобелевская премия "За выдающиеся заслуги в развитии химии: открытие элементов радия и полония, выделение радия и изучение природы и соединений этого замечательного элемента". Это, пожалуй, самое значительное открытие двадцатого века, устанавливающее вооружённый паритет между странами, способными устроить мировую бойню.

Дни шли за днями, а я, честно говоря, ничего не сделал особенно такого, что могло бы изменить нашу жизнь. Целыми днями я рассматривал проекты, ценные продвигал вперёд по военной линии, потому что гражданские чиновники меня бы и слушать не стали. Надо же, какой Ньютон выискался, сказали бы они и пошли курить в курилку, обсуждая ножки танцовщиц в балете.

Сомнительно, что за три года при том уровне технологий могут ввести в действие те виды оружия, которые я рекомендовал конструкторам в виде рисунков и простейших схем. Я всё-таки не инженер, но устное пояснение давал после того, как за подписью начальника Военно-учёного комитета отправлялась заявка на разработку опытного образца. Всё упиралось в деньги, а деньги выделялись на дредноуты после славной "победы" при Цусиме.

Время идёт неумолимо. Оно не подчиняется тем, кто работает круглые сутки или круглые сутки сидит себе на диване и предаётся мечтаниям. Все эти сетования на то, что время летит быстро, или время идёт медленно, ничего под собой не имеют. Длительность секунд не изменилась ни на миг. Хотя миг - это русская мера времени, равная секунде.

Все словари дают определение, что миг - это очень короткий промежуток времени; мгновение, момент. Однако, момент это - средневековая английская мера времени, равная полутора минутам. Один час - это сорок моментов.

Если вам говорят: подождите момент, то вам нужно ждать не менее полутора минут.

Есть и старославянские единицы времени. Начнём с календаря. В календаре век или, как его называли, круг жизни содержит сто сорок четыре Лета. В каждом Лете было девять месяцев и три сезона - Оусень, Весна, Лето. Отсюда и слова пошли - летопись, летоисчисление, сколько вам лет. Ведь никто не спрашивает, сколько вам годов? Все говорят, а сколько вам лет? Итак, Лето - девять месяцев. Месяц - сорок один или сорок дней (в зависимости от того нечётный или чётный месяц). День - шестнадцать часов. Час - сто сорок четыре части. Часть - одна тысяча двести девяносто шесть долей. Доля - семьдесят два мгновения. Мгновение - семьсот шестьдесят мигов. Миг - сто шестьдесят сигов. Слово "сигануть" как раз и пошло отсюда. Сиг - четырнадцать тысяч сантигов. Новые сутки начинались с заходом Солнца. Только у российских пограничников новые пограничные сутки начинаются с заходом солнца, то есть в двадцать часов, как и у прародителей наших. Да и слово сутки есть только в русском языке и в славянских языках. Сутки - это соединение, стык дня и ночи.

Неделя состояла из девяти дней: понедельник, вторник, тритейник, четверг, пятница, шестица, седьмица, осьмица и неделя. Все месяцы начинались в строго определённые дни недели. Например, если первый месяц года начинается во вторник, то и все остальные нечётные месяцы будут начинаться во вторник, а чётные - в седмицу.

Чего-то вспомнилось, когда мы в училище выясняли, почему пограничные сутки начинаются в двадцать часов. Кое-что осталось от календаря и сегодня. Поминовение умершего родственника совершается через неделю (9 дней) и через месяц (40 дней), то есть на девятый и сороковой день.

Я тут подсчитал, что славянский век намного длиннее европейского. В европейском веке 1200 месяцев и 36000 дней, а в славянском веке 1298 месяцев и 51920 дней.

Но чёрт подери, время идёт, а Петровас и Сивковы как сквозь землю провалились. Слежку за собой не наблюдаю. Это не значит, что её нет. Возможно, что за мной ведут наблюдение издалека, отпуская на почтительное расстояние.

Глава 54

Мой ежедневный маршрут в присутствие проходил мимо афишной тумбы на Литейном. И семнадцатого мая я увидел чёрный крест с правой стороны. Надо же, у Сивковых появилась потребность в срочной встрече. Что-то случилось.

На следующий день я покуривал в знакомом проходном дворе и увидел быстро идущего ко мне Сивкова-старшего. Действительно у папаши и сыночка очень доверительные отношения, раз он открыл ему способы связи.

- Ваше благородие! - воскликнул он. Именно воскликнул, а не сказал. - Ваше благородие! Вас разыскивает Верховный правитель Его Высокопревосходительство Столыпин!

- С чего бы это? - спросил я, прекрасно понимая, что до таких исполнителей никогда не доводят целей отданного приказа.

- Не знаю, Ваше благородие, - сказал филёр, - однако Григорий Ефимович приказали срочно разыскать и предоставить вас к Его Высокопревосходительству.

- Ладно, поехали, - сказал я.

Извозчик с Сивковым-младшим уже стоял ниже по улице. Все-таки младшой не рассказал отцу, как он подаёт сигналы, иначе бы папаша был один. А когда они вдвоём выполняют серьёзное задание, то и награду могут получить оба, не выпуская ничего за пределы семьи.

Мы довольно быстро доехали до дома номер 57 на Набережной реки Фонтанки, где размещалась штаб-квартира Министерства внутренних дел империи. Там же и располагался Председатель Совета министров, он же министр внутренних дел и в настоящее время Верховный Правитель, как особа близко приближенная и особо доверенная ЕИВ.

Так как министерство внутренних дел ведало делами всех губерний, то и заседания Совета министров проходили там же.

В Совет министров входили Министр внутренних дел, Министр финансов, Министр путей сообщения, Министр иностранных дел, Министр юстиции, Военный министр, Министр народного просвещения, Министр императорского двора, Морской министр, Министр торговли и промышленности, Министр земледелия, Государственный контролёр и Обер-прокурор Святейшего Синода.

Совет министров рассматривал направления законодательных работ и предложений комитетов и комиссий по законодательным вопросам, вносившимся в Государственную думу и Государственный совет; предложения министров по общему министерскому устройству и о замещении главных должностей высшего и местного управления; рассматривал по повелениям императора дела государственной обороны и внешней политики, а также дел по Министерству Императорского Двора и уделов; руководил расходованием государственного бюджета и вопросами кредитов.

На входе в министерство меня принял чиновник с погонами коллежского асессора и повёл по тёмным коридорам министерства, которые ведали настолько тёмные дела, что на их фоне коридоры выглядели светлыми дорожками в счастливое будущее. В одном из коридоров я увидел полковника Петроваса, выразившего неподдельное удивление моим появлением чуть ли не в святая святых Российской империи.

Ладно, это лирика. В приёмной меня сдали с рук на руки кавалерийскому ротмистру с петлицами полиции. Был кавалеристом, а стал полицейским. Бывает. Не пошла служба в армии, зато в полиции сделал головокружительную карьеру.

Я снял портупею с шашкой и поставил её в угол в специальное деревянное приспособление, куда в гражданских учреждениях ставят зонтики.

В приёмной Верховного Правителя, хотя бы и временного, было много высокопоставленных чиновников и был свежий воздух. Никто не курил, так как Столыпин был сам некурящим и ещё заканчивая обучение в Санкт-Петербургском университете, написал диссертацию на экономико-статистическую тему "Табак (табачные культуры в Южной России)".

Я тихонько присел в уголок и стал размышлять над тем, что мне готовит день сегодняшний: заключение в Тауэр или столыпинский галстук. Шутка. Куда попало галстуки не возили. Но зато я нахожусь в приёмной автора "столыпинского вагона".

Ровно в два часа после полудня говор в приёмной стих. Хозяин приехал в свой кабинет после обеда. Все стали шелестеть бумагами, оглядывая в последний раз то, с чем они пришли, понимая, что времени на разглагольствования им не дадут.

Вошедший в кабинет ротмистр-адъютант вышел через пять минут и жестом пригласил меня. Я встал и под удивлённые взгляды посетителей пошёл к дубовой двери.

- Говори чётко и не разливайся по древу, - дал мне напутственный совет адъютант.

Я вошёл в кабинет и оказался маленьким человечком на фоне массивного письменного стола, красной дорожки к нему и огромного ростового портрета ЕИВ в гвардейском мундире с огромной саблей и горностаевой мантией, ниспадающей с августейших плеч.

На фоне этого портрета даже высокий Верховный Правитель выглядел коротышкой, чуть повыше меня.

- Ваше высокопревосходительство, штабс-капитан Туманов, - доложил я.

Столыпин, заложив руки за спину, подошёл ко мне, стоящему у двери и начал ходить поперёк красной дорожки, поглядывая на меня так, как будто собирался вышвырнуть из кабинета этого офицеришку, который неизвестно как проник в высочайший кабинет.

Я стоял и, как положено по Уставу, провожал взглядом высокопоставленное лицо. Интересно, у кого первого закружится голова.

Наконец, премьер Столыпин остановился напротив меня и спросил:

- Так это вас называют Ангел?

- Пока называют так, - сказал я.

- Пока?! - чуть не взвился Столыпин. - Кем же вас будут потом называть?

- Архангелом, - спокойно сказал я. Терять-то мне было нечего. Обрету же я весь мир. Шутка. Последствия состояния в коммунистической партии.

- Что вы наговорили проходимцу Распутину, который так разрисовал меня перед ЕИВ, что он меня оставил Верховным Правителем? - спросил премьер.

- Правду сказал, - спокойно ответил я.

- Какую правду? - кипятился Столыпин.

- Что вы человек честный, но невыдержанный и плохо воспитанный, - сказал я. Тут я, конечно, перехлестнул, но как говорят китайцы, если не перегнуть, то палку не сломать.

- Проходите, - сказал Столыпин и показал на стул у приставного столика, а сам прошёл и сел в кресло.

- Я слушаю вас, - сказал он.

- Извините, Ваше высокопревосходительство, но это вы вызвали меня, а не я рвался к вам на приём, поэтому я хочу знать, по какой причине я вызван.

- Да вы что, издеваетесь надо мной? - рассвирепел Столыпин. Правильно говорили, что в запале он опасен.

- Совершенно не издеваюсь. Когда к Понтию Пилату привели Иисуса Христа, который называл себя Сыном Божьим, то прокуратор тоже не знал, что ему делать и как относиться к тем истинам, что говорил этот низкий человек. А он проповедал простые Истины. Не убивай. Не укради. Не возжелай жены ближнего своего. Не мечи бисер перед свиньями. И пусть правая рука не знает, что делает левая рука. И я пришёл сказать, что если всё останется так, как оно есть и если мне никто не поверит, то четырнадцатого сентября нынешнего года, в Киеве при посещении театра премьер Столыпин будет смертельно ранен агентом охранки, а восемнадцатого числа умрёт в киевской больнице.

- Что за ерунда? - возмутился Столыпин.

- Через три года начнётся Великая война, в которой примут участие с одной стороны Сербия, Российская империя, Третья французская республика, Британская империя, Австралия, Британская Индия, Канада, Новая Зеландия, Южно-Африканский союз, которые выставят сорок три миллиона человек, а с другой стороны Австро-Венгрия, Германская империя, Османская империя, Болгария, Королевство Польское, которые выставят двадцать пять миллионов человек. Всего погибнет десять миллионов человек, а раненных будет двадцать миллионов человек.

Столыпин молчал и, чувствовалось, что он не верил.

- И это ещё не всё, - продолжил я. - В феврале 1917 года в России произойдёт революция. Все командующие фронтами выступят за отставку ЕИВ. Отречение будет подписано на станции Дно. В марте 1917 года ЕИВ вместе с семьёй попытается выехать в Англию как английский генерал-адмирал и родственник короля Георга Пятого, но король официально откажется принять при королевском дворе опального российского императора Николая II с царской семьёй и фактически запретит ему въезд и дальнейшее проживание на территории Великобритании. В 1917 году демократическая революция в России сменится пролетарской революцией и к власти придут большевики во главе с Лениным, которые перевезут ЕИВ с семьёй в Екатеринбург и в 1918 году расстреляют всех, включая врача Боткина и всю прислугу. Дальше я не буду говорить, вам всё равно это будет безразлично, начиная с восемнадцатого сентября сего года. Да, забыл. В 1916 году святого старца Григория Ефимовича застрелят и утопят в Неве подо льдом. Так что, пусть ЕИВ в последний раз увидится со своим кузеном.

Глава 56

Проводов в ВУК не устраивали. Я там работал без году неделя, меня мало кто знал и моё появление почти никем не было отмечено. Или, наоборот, отмечено и доложено в соответствующие инстанции.

- Ваше высокоблагородие, - попросил меня старший писарь Терентьев, - возьмите меня с собой, лишним там не буду.

- Подожди, Терентьев, - ответил я ему, - дай мне до нового места службы добраться, а там придумаем что-нибудь.

Расторопный ротмистр Сенцов уже нашёл помещение в две комнатки, которые он хотел объединить в одну, чтобы сделать просторный и внушительный кабинет, но я его остановил, сказав, что в просторном кабинете все мысли разбегаются по дальним углам, а я люблю работать в маленьком кабинете. Дальняя комнатка будет моим кабинетом, а в ближней к коридору комнате будет сидеть мой помощник, старший писарь Терентьев Христофор Иванович, работавший со мной в ВУК.

- Ты писульку туда направь о прикомандировании его ко мне, - попросил я Сенцова.

Пока в кабинетах делали ремонт, я заканчивал все дела в ВУК. Затем представился по случаю убытия всем моим начальникам вплоть до начальника ВУК. С генерал-майором Иноземцевым мы условились, что я всегда приду на помощь в составлении заключения по прожектам и буду консультировать по новинкам вооружения и техники, так как считаю, что это не менее важное дело, чем работа чиновника по особым поручениям при премьер-министре Российской империи. С ним же я решил вопрос об откомандировании со мной Терентьева. Этот вопрос тоже решился очень быстро, так как из канцелярии премьера пришла соответствующая бумага.

Новоселье пришлось как раз на день коронации короля Георга Пятого и день нападения на мою родину Гитлера. Нам всю жизнь забивали голову, что именно в этот день началась Вторая мировая война, а до этого всё, что было, это так, игрушки. Однако, именно Сталин открыл Гитлеру путь в Польшу и сам захватил половину страны под предлогом того, чтобы оттянуть время нападения Гитлера на нас. Мол, если бы не Сталин, то Отечественная война началась бы на два года раньше. Да война бы вообще не началась, если бы Сталин топнул ногой, как он топал на своих военачальников, которых группами и поодиночке расстреливали в подвалах ЧэКа и на расстрельных полигонах, понатыканных вокруг столицы и областных центров страны, где так вольно дышит человек.

Пётр Аркадьевич Столыпин тоже посетил мою келью и остался доволен тем, как я обустроился.

- Очень уютно у вас, Олег Васильевич, - сказал он. - Скоро приезжает из Англии ЕИВ с семьёй, и я размышляю, как я ему всё расскажу. Поймёт ли он меня?

- Ваше высокопревосходительство, - начал я, но премьер отмахнулся, - у меня есть имя и отчество и для вас я Пётр Аркадьевич, а вот на людях я для вас Ваше высокопревосходительство.

- Пётр Аркадьевич, - продолжил я, - одна мудрая женщина говорила мне в своё время: если не знаешь, что говорить, то говори правду. Лучше всего, если при разговоре с царской четой будете присутствовать вы, Распутин и я. Представите меня как Ангела. Я подробно расскажу, как начнётся война, как застрелят и утопят в Неве Распутина, как низложат царя и как в доме купца Ипатьева будет расстреляна вся их семья, не пожалеют никого, а драгоценности, спрятанные в платьях великих княжон большевики заберут себе. Думаю, что это их образумит.

- А если это подтолкнёт к кровавому террору, хуже, чем в 1905 году? - спросил Столыпин.

- Тогда, Пётр Аркадьевич, в дело придётся вступать Ангелу, - сказал я.

- Как это и что это будет? - забеспокоился Верховный Правитель.

- Всё будет зависеть от обстоятельств, - сказал я.

Мы помолчали.

- Вы бы хоть закурили, - сказал премьер. - Табачный дым действует отвлекающе.

- У меня есть средство почище дыма, - сказал я и звякнул в колокольчик. Появившемуся в дверях Терентьеву я сказал, - сделай-ка нам, братец Терентьев, по стакану чая с сибирскими травами.

- Слушаюсь, Ваше благородие, - сказал Терентьев и исчез.

- Чего-то это он вас благородием титулует, - сказал Столыпин, - непорядок это.

- Простите, Пётр Аркадьевич, - сказал я. - Мне больше так нравится. Если у человека благородия нет, то никакими титулованиями это не изменишь. При людях он меня правильно титулует, а при виде вас растерялся.

- А вы действительно Ангел? - спросил Столыпин.

- Все мы ангелы по рождению. - сказал я. - Ангелы Божьи знают больше, потому что Книгу судеб читали и судьбу людей знают. И им дано право наставить людей на путь истинный. Только вот никто не знает, какой же путь истинный. И Ангелы этого не знают. Является ли добром проявление милосердия к Каину, убившему своего брата Авеля? Является ли справедливостью отрубание руки человеку, укравшему кусок хлеба, чтобы не умереть с голода? Преступно ли стремление раба к свободе? И однозначного ответа на эти вопросы найти нельзя. Не тот враг, кто тебя столкнул яму, и не тот друг, кто тебя вытащил из ямы. Всё взаимосвязано и цепочка событий может выстроиться так, что никто не сможет предугадать, что получится в итоге.

- А вы знаете, как в России трактуется притча о человеке, упавшем в яму? - спросил Столыпин.

- Знаю, Пётр Аркадьевич, - сказал я, - только большинство поминает не яму, а кучу дерьма, и, к большому сожалению, это является самой полной характеристикой русских.

- А если ЕИВ прикажет схватить вас и казнить? - допытывался премьер-министр.

- Я не удивлюсь этому, - сказал я. - Я не удивлюсь, если ЕИВ даст народу выбор - казнить меня или Ваньку-Каина. И народ выберет для казни меня. Значит народ от Рождества Христова не изменился ни на йоту и сколько сынов Божьих не будет ниспослано к ним, чтобы искупить грехи человеческие, народ будет так же грешен, как и был. И стоит ли жалеть такой народ? Не стоит. Изобретение Марии-Склодовской Кюри окажется тем Армагеддоном, по сравнению с которым Всемирный потоп был прогулкой на лодках по искусственному пруду в парке. И власть царская окажется не от Бога, а от народа, который его терпит. Если бы власть императоров была от Бога, то большинство их заканчивало бы свой жизненный путь в геенне огненной, а не в своей постели. И если царь хочет испытать свою судьбу, то пусть испытывает. Я палец о палец не стукну, чтобы ему помочь. И народ вместе с ним окунётся в пучину массовых репрессий, и будет подличать, чтобы хоть как-то выжить. Кстати, вы первым сможете ощутить на себе, прав я был или не прав. У оружейников я заказал пластинчатую кирасу из броневой стали для вас, и прошу вас ежедневно носить её и снимать только во время сна. Бережёного и Бог бережёт. Тогда не будем тревожить улей и дождёмся вашей поездки в Киев.

Вошедший Терентьев принёс нам чай с мелиссой, корнем валерьяны, чабрецом и листом лимонника.

После чая Столыпин выглядел бодрым, но чувство тревоги не спадало с него ни на один день.

Глава 58

Со сроками аудиенции у ЕИВ я ошибся. Меня вызвали в шесть часов, когда ЕИВ и премьер пообедали. В приёмной сидел и Распутин, тепло поприветствовавший меня.

- Чё-то меня подмораживает, - признался он. - Как вот папенька с маменькой нас встретят, а?

- Нормально встретят, - сказал я. - Они люди разумные и детей своих любят.

Затем пришёл курьер и пригласил Распутина в покои.

Мне хотелось закурить, но я не делал этого, потому что только закуришь, так последует срочное приглашение. Я сидел и ждал, а приглашения все не было. Прошёл, наверное, час, мне просто лень было доставать часы, и я закурил. И сразу же пришёл курьер и пригласил меня в высочайшие покои.

Покои - это большая комната. Обстановку я описывать не буду. Это не так важно, какие были стулья или кресла, что было на столе, какая обувь была на ногах и прочая дребедень, которая пишется только для того, чтобы текст получился более объёмным и можно было отвлечь внимание читателя от главных элементов.

Так вот, государыня сидела за столом и что-то рассматривала. Государь и его премьер сидели в креслах возле маленько столика. Царь курил, а Григорий Ефимович стоял на коленях у иконостаса в углу и истово молился.

- Вот он, Ангел, спрашивай его маменька, он всё наперёд знает, - чуть ли не завыл Распутин, становясь на колени перед царицей.

- Правильно ли он говорит? - спросила меня Александра Фёдоровна.

- Правильно, - сказал я.

- А вы откуда знаете, что он говорил? Вас здесь не было, - пыталась меня подловить Александра Фёдоровна.

- Если он говорил правду, то я знаю, о чём он говорил, - сказал я.

- И о чём же он говорил? - спросила Александра Фёдоровна.

- С чего начинать, Ваше Величество? - спросил я.

- С чего хотите, любезный, - бросила императрица, как половому в третьеразрядном трактире.

- Как прикажете, Ваше величество, - сказал я. - В ночь на 17 декабря 1916 года будет застрелен и утоплен в полынье реки Невы Григорий Ефимович Распутин, стоящий сейчас на коленях в этой комнате. В марте 1917 года король Великобритании Георг Пятый официально откажет бывшему императору Российской империи гражданину Романову Николаю Александровичу с семейством выход на берега Англии и проживание в его государстве.

- Да как вы смеете! - закричала Александра Фёдоровна.

- Это ещё не всё, - сказал я. - В 1918 году всю августейшую семью перевезут в город Екатеринбург, поселят в особняке купца Ипатьева и в ночь на 17 июля 1918 года застрелят и зарежут всю августейшую семью вместе с доктором Боткиным и прислугой. Всех. Вы понимаете это. А в это время в России уже во всю будет полыхать кровопролитнейшая гражданская война, которая закончится полной победой социалистов-большевиков. А если хотите, то я могу вам рассказать, как происходило отречение хозяина земли русской Николая Романова в пользу брата своего Михаила и как Михаил отказался от этого, и его отправили в Пермь, где он был убит местными большевиками...

- Перестаньте, - закричала Александра Фёдоровна, - я не хочу ничего этого слушать! - Она села на стул, опустила руки на голову и зарыдала.

- Что же нам делать? - как-то вяло спросил Николай Второй.

- Вам нужно пойти по пути вашего кузена - короля Георга Пятого, - сказал я. - Вы глава государства, вы назначаете премьер-министра, которого предлагает парламент, вы подписываете законы, вы раздаёте дворянские титулы, награждаете орденами, принимаете глав государств, ведёте переговоры, являетесь генералом-адмиралом императорской армии, возглавляете Тайный совет, выступаете с программной речью перед новым составом парламента, окружены всеобщим почётом и почитанием, занимаетесь любимыми делами и отдыхаете на яхте "Штандарт". Трон вы передаёте по наследству, как это традиционно делается во всех монархиях. Все дела по управлению государством ведёт премьер-министр, отчитывающийся перед парламентом и согласовывающий с вами все самые важные государственные дела.

- Позвольте, - сказал император, - но это практически тоже самое, что существует и сегодня.

- Так точно, Ваше Величество, - сказал я, - только вы не будете иметь права смещать премьер-министра и министров его кабинета. Это прерогатива парламента, в котором большинство депутатов предлагает кандидатуру премьер-министра, и вы не можете её не принять, если не будет существенных претензий, с которыми согласится парламент, заменив не подходящую кандидатуру на другую.

- Но это же получается парламентская монархия! - чуть не закричал Николай Второй.

- Да, Ваше Величество, - сказал я. - Точно такая же, как и у Вашего двоюродного брата короля Георга Пятого. В марте 1917 года он не предоставил вам разрешения укрыться в Англии только по причине разногласий между партиями парламента по поводу спасения российской монархии.

- Нам надо подумать, - сказал Николай Второй.

- Времени на раздумья нет, Ваше Величество, - сказал я. - Те преобразования, которые проводит премьер Столыпин, скоро выведут страну в число передовых стран мира. И император российский будет самым влиятельным человеком в мире. Но в стране, вернее в её верхушке, существует партия, которая хочет расправиться с Григорием Распутиным и премьером Столыпиным, чтобы заставить самодержца российского свернуть все реформы и отбросить страну назад в средневековье. И эти люди не остановятся ни перед чем, ни перед убийством святого старца, ни перед убийством премьера, ни перед убийством царя. Я вам хочу сказать, что первое убийство, убийство премьера, назначено на 14 сентября во время посещения оперного театра в Киеве. Мы приняли меры предосторожности для царской семьи и покажем всему миру лицо этих подлых убийц. Но если премьер Столыпин будет убит, то всё то, о чём я вам говорил, сбудется, возможно даже, ещё в более жуткой форме. В ваших руках судьба наследника престола и судьба ваших прекрасных дочерей.

- Мне нужно посоветоваться с Государственным советом, - сказал Николай Второй.

- Ваше Величество, - сказал я. - Перед Государственным Советом выступать будете Вы. Кто из членов Совета поверит, что Вам явился Ангел и рассказал, что прописано в Книге судьбы всей Российской империи? Кто из священнослужителей поверит, что стоящий перед ними офицер есть посланец господа Бога нашего? Разве поверили Иисусу Христу и разве не распяли его на кресте? И разве не отцу дано право избавить своего сына от большевицкого распятия? Разве не имеет отец этот все права, чтобы изменить историю страны? Разве не в 1913 году исполнится триста лет царствования дома Романовых и разве не в ваших силах продлить его на нескончаемое время, а не закончить в феврале 1917 года.

- У вас приготовлены необходимые бумаги? - спросил Николай Второй.

И тут премьер понял, что совершил грубейшую ошибку, забыв большевицкий лозунг: "Вздувайте горн и куйте смело, пока железо горячо". Он глубоко вздохнул, и я уже думал, что его хватит кондратий (так в наше время называли инсульт), и вся наша художественная самодеятельность закончится.

Но я достал из кармана мундира вчетверо сложенный лист и подал его царю.

Тот развернул его и стал читать:

- Так, так, Астраханский и Казанский, так, повелеваю, Конституцию, так, конституцию, монархию. Вы ничего не упустили, Пётр Аркадьевич?

Столыпин взял бумагу и стал читать:

- Божиею поспе́шествующею милостию, Мы, Николай Вторы́й, Император и Самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский; Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Польский, Царь Сибирский, Царь Херсонеса Таврического, Царь Грузинский; Государь Псковский и великий князь Смоленский, Литовский, Волынский, Подольский и Финляндский; Князь Эстляндский, Лифляндский, Курляндский и Семигальский, Самогитский, Белостокский, Корельский, Тверский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных; Государь и Великий Князь Новагорода низовския земли́, Черниговский, Рязанский, Полотский, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский, Витебский, Мстиславский и всея Северныя страны́ Повелитель; и Государь Иверския, Карталинския и Кабардинския земли́ и области Арменския; Черкасских и Горских Князей и иных Наследный Государь и Обладатель, Государь Туркестанский; Наследник Норвежский, Герцог Шлезвиг-Голштейнский, Стормарнский, Дитмарсенский и Ольденбургский и прочая, и прочая, и прочая Повелеваем утвердить в парламенте Конституцию российской монархии парламентского типа. Второе. Столыпину П.А. сформировать правительство на основе избранного партийного большинства в Государственной Думе. Подпись. Всё правильно Ваше Величество.

- Давайте ручку, - сказал Николай Второй.

А откуда её взять? Пока дашь команду, пока принесут, подписанты могут всё и передумать. По старой специальной привычке, у человека всё должно быть с собой. Кто это сказал? Omnia mecum porto. Цицерон. Кстати, если фамилию Цицерон перевести на русский язык, то получится Горохов. Мог ли в России человек с фамилией Горохов стать великим оратором? Вряд ли, потому что, что бы он ни делал, ко всему будут добавлено прилагательное гороховый.

Я достал из кармана недавно купленную американскую ручку Паркер с позолоченным пером из числа недавно появившихся в России и протянул её императору. Паркер за три года сделал свою ручку мировым брендом, который сразу пишет, как только отвернёшь колпачок.

Николай Второй с интересом оглядел ручку и размашисто написал на листе: НИКОЛАЙ и поставил дату, Июля 1 числа 1911 года.

- Ручка на память об этом важном событии, - сказал я. В таких случаях и маленький чиновник может сделать небольшой подарок высокопоставленному лицу.

Я взял бумагу и послал Григория к иконостасу за свечкой. У меня уже был приготовлен кусочек красного сургуча, так, на всякий случай.

Я начал плавить сургуч на церковной свечке, и он стал падать на бумагу крупными бордовыми каплями, напоминающими кровь виноватых и невиновных. Не зря у всех внутренних войск такие же цвета петлиц, погон и головных уборов, как напоминание о крови, которую они пролили у людей, выступающих за свои права.

Я видел, как с каждой рубиновой каплей вздрагивали сидящие вокруг люди.

Николай второй уже понял, что нужно делать и снял с безымянного пальца левой руки кольцо-печатку с личной монограммой. Подышав на кольцо, он приложил его к сургучу.

Итак, демократическая революция в России, о которой так мечтали все прогрессивные люди, бескровно свершилась.

Я подождал, пока сургуч остынет, и бережно передал бумагу премьер-министру.

- Поздравляю вас, Пётр Аркадьевич, - сказал Николай Второй и пожал ему руку. - Вверяю жизнь свою и жизнь моих близких в ваши руки и Ангелу Господа нашего.

Николай Второй выглядел успокоенно и даже живо. Также выглядела и императрица, подошедшая к нему и присевшая на подлокотник кресла. В углу у иконостаса молился Григорий Распутин.

- Святое семейство, - подумал я. - Прямо-таки Тайная вечеря.

- А вы действительно Ангел? - спросила меня Александра Фёдоровна.

Я не стал отвечать, так как засмеялись все, в том числе и императрица.

- Говорят, что вы поэт, - сказала она. - Может, прочитаете что-нибудь?

Я не привык ломаться на публике, как жеманная девица, поэтому сразу прочёл из давнего:

осень пришла, журавли улетели, листья дорогу мою устилают,

в каждом листочке четверостишие, дворник метлою по кучам сгребает.

скоро поблекнут упавшие буквы, станут обычным от листьев скелетом,

будто летали небесные рыбки, с моря сюда прилетевшие летом.

ветер сентябрьский опять каруселит, лето пригонит, зиму и весну,

так по секундам года пролетели, черные кудри спрямив в седину.

- Прекрасно, - сказала Александра Фёдоровна, - но как-то грустно. Николя, давай попросим Петра Аркадьевича брать с собой на обеды к нам этого поэтического капитана.

- Хорошо, радость моя, - сказал Николай Второй и, обратившись ко мне, - а вас жалую орденом Святой Анны третьей степени. У капитана должен быть такой орден.

По статуту, награждение должно начинаться с четвёртой степени, красного знака за храбрость на эфес сабли. В армии этот орден запросто называли клюквой, а у меня на груди уже была Анненская медаль для нижних чинов, потому я и перескочил через ступень.

Марфа Никаноровна дома сказала, что орден нужно обязательно обмыть. Я с ней согласился, сказав, что этот орден по значимости стоит намного выше других, украшенных бриллиантами, орденов.

Марфа Никаноровна не вникала в подробности, но с удовольствием подняла рюмку за моё продвижение.

О моих успехах было отписано на периферию и вскоре Марфа Никаноровна передала поздравления от Иннокентия Петровича и Иванова-третьего.

Иванову-третьему я предлагал помощь в переводе в столицу, но он отказался, сказал, что дома ему и стены помогают служить, а в столице можно заделаться этаким Акакием Акакиевичем, у которого из-под носа уведут новую шубу.

Рассказ Терентьева.

Я помню, как Его благородие в конце присутственного времени запер на ключ дверь в наш кабинет, посадил меня за стол, дал лист настоящей гербовой бумаги, список титулований ЕИВ и показал, где и что должно быть написано.

- Смотри, Терентьев, - сказал он, - одно слово на стороне, и ты уже будешь не полковым писарем Терентьевым, а покойником Терентьевым. Важные дела решаем, и от тебя судьба нашей страны зависит. Пиши!

Когда дело правое, то всё идёт как по-накатанному. Писал важный документ и руки не тряслись. Во всём Указе ни единой помарки, ни одной ошибки. Его благородие прочитал, посмотрел на просвет, свернул лист на четыре части и положил в карман.

- Где-то у тебя был кусочек сургуча, Терентьев? - спросил он.

У меня в выдвижном ящике стола всякой мелочи достаточно. Я достал две палочки сургуча. Один коричневый, другой - кроваво-красный для любовных или особо важных писем. Капитан выбрал красный.

Если что-то случится, то сразу пойду в несознанку. Знать ничего не знаю и ведать ничего не ведаю. Ничего не писал и ничего не видел. Я человек маленький. Зато, когда в газетах было опубликовано то, что я писал, а важного там было всего две строчки, то тут и я грудь колесом. На японской подвигов совершить не удалось, зато в мирное время отличился.

А потом его благородие принёс мне погоны полкового писаря, это как бы фельдфебеля у строевых, то тут и корешки мои из других отделов на меня уважительно стали смотреть.

Глава 60

Сразу по возвращению из Киева началось расследование покушения. Богрова допрашивали особенно тщательно.

Были арестованы начальник киевского охранного отделения полковник Кулябко, товарищ (заместитель) министра внутренних дел, заведующий полицией, командир Отдельного корпуса жандармов генерал-лейтенант Курлов, бывший начальник киевского охранного отделения, начальник дворцовой Охранной агентуры полковник Спиридович.

Все трое категорически отрицали своё участие в заговоре, да и Богров держался стойко, не сдал никого из своих кураторов. Богрова приговорили к бессрочной каторге, а всех арестованных офицеров отправили в отставку. Правда, ЕИВ держал поблизости своего любимчика Спиридовича.

Тем не менее, верхушку полиции и жандармерии мы пошерстили изрядно, показав, кто в доме хозяин.

Есть такая старинная поговорка: кто предупреждён, тот вооружён. Вся российская верхушка, знавшая о том, что может произойти, почувствовавшая на себе это и уверенная в завтрашнем дне сказала себе, что они сами с усами, знают, что им делать дальше и в услугах всяких советчиков больше не нуждаются.

Меня наградили орденом Святого Станислава третьей степени и оставили в покое. Орден Станислава вообще считался самым младшим в имперской иерархии, да ещё польским по происхождению. У чиновников и военных он ценился, начиная со второй степени для ношения на шейной ленте, а третью степень даже цивильные чиновники старались не надевать, чтобы о них не подумали, как о никчёмных работниках, не способных получить нормальный орден за службу. По ордену я и почувствовал, что отношение ко мне резко изменилось.

Если раньше мне приносили тонны бумаги для просмотра, то сейчас поток бумаг прекратился вообще. Телефон замолчал. Ну, всё как в моё время. Если чиновник в фаворе, то его телефон не переставая трезвонит круглые сутки, приглашения, презенты, презентации, форумы, кворумы, коллоквиумы, симпозиумы, пьянки, гулянки. Только чуть сменилась ситуация, всё - человека забыли и от него шарахаются как от зачумлённого, чтобы не заподозрили в связях. И только поменяется ветер, как тут же начинает звонить телефон, просители и посетители и все в один голос: а мы всё думали, куда же ты запропастился, а ведь только вчера переходили на другую сторону улицы, чтобы не встречаться с тобой.

Мой верный Терентьев Христофор Иванович, по моему представлению произведённый в полковые писари, то есть в нестроевые фельдфебели, доложил по секрету, что среди писарей ходят слухи о моей скорой отставке и ему посоветовали пристроиться к какому-нибудь другому перспективному начальнику или перейти в канцелярию.

- Выбирай сам, Христофор Иванович, - сказал я ему. - Можешь уйти сам и сейчас, можешь продолжать как бы работать здесь, жалование-то все равно идёт по должности, много у тебя работы или мало. Просто у нас случился перерыв. Меня тут несколько дней не будет, так что всем интересующимся отвечай, что мол, я судебную книгу читаю. Какую? А хрен его знает. Его высокоблагородию виднее, какую ему книгу читать. Он и телефон свой отключил, чтобы ему не мешали.

Да, забыл сказать, что мне как важной персоне был поставлен персональный телефон на квартиру.

Зато мы с Марфой Никаноровной стали иметь много времени друг для друга. Работа и учёба в Мариинской больнице отнимали у неё немало времени и сил, но время для общения в рабочее время не включается.

Эрмитажа в северной столице пока не было, да и при нынешнем развитии событий и не предвидится создания Эрмитажа, так как Зимний дворец останется монаршей резиденцией, но мы не пропускали ни одной художественной выставки и старались быть в курсе культурной жизни.

Эйфория первых дней бескровной демократической революции прошла. Все ждали чего-то волшебного, но ничего такого не происходило. Всё как было, так и осталось. Городовые перестали улыбаться, а начали бить по морде гражданам. Выступления активистов за социальные перемены стали подавляться силой полицией и казаками. Международная обстановка продолжала накаляться.

29 сентября Италия начала военные действия против Османской империи. Началась Итало-турецкая война.

Продолжились студенческие волнения по делу Кассо. В январе 1911 года вышли циркуляры министра просвещения Л. А. Кассо "О надзоре за учащимися высших учебных заведений", "О временном недопущении публичных и частных студенческих заведений" и другие, фактически уничтожавшие университетскую автономию: они запрещали проведение студенческих собраний и возлагали полицейские функции на университетскую администрацию. В знак протеста в отставку подали ректор Московского государственного университета и его заместители. Свыше ста профессоров по всем университетам подали в отставку, и эта отставка была принята.

4 ноября в Берлине посол Франции Жюль Камбон и германский статс-секретарь Альфред фон Кидерлен-Вехтер подписали франко-германский договор. Франция уступала Германии 250 тысяч квадратных километров во Французском Конго, получив 15 тысяч квадратных километров в Германском Камеруне и признание Германией её протектората над Марокко.

В США впервые были необычайные морозы, в результате чего замёрз Ниагарский водопад.

Марфа Никаноровна взяла отпуск на Рождество, и мы поехали с ней в Энск, благо наши друзья давно приглашали нас на новый год.

О своём отъезде я никого не предупреждал и никому и ничего не докладывал. Буду нужен - найдут. Раньше не нужно было предъявлять документы, чтобы купить железнодорожный билет, как это делается в моё время и как делалось на почтовых станциях - ямах - оставшихся нам от Золотой орды, улусом которой было московское княжество. Тогда нужно было предъявлять подорожную, то есть командировочное удостоверение, где прописывалось, что такой-то, титул, должность, чин, кавалер орденов едет с казённой или неказённой надобностью туда-то и туда-то. Однако, на всякий случай у меня было удостоверение о том, что я являюсь чиновником для особых поручений при премьер-министре Российской империи. Но я ехал инкогнито. Хорошая завязка для истории в стиле "Ревизор" Николая Васильевича Гоголя.

Рождество оно и в Африке Рождество. Мы остановились в гостинице и наносили визиты своим друзьям, хорошо постоловавшись у них, а потом на Новый год встретились в ресторане, чтобы отпраздновать наступление нового года.

В одной из компаний в ресторане я увидел уже полковника Скульдицкого Владимира Ивановича, начальника губернского жандармского управления. Увидев меня, он был очень удивлён, либо меня уже разыскивали, либо он следующим утром без отдыха отобьёт телеграмму в столицу о том, что видел меня здесь, или предупредит генерал-губернатора о том, что чиновник для особых поручений инкогнито находится в ресторане города Энска.

Новый год по китайскому календарю был годом белой свиньи. Похоже, что он подложит хорошую свинью Российской империи.

1 января Китай провозглашён республикой, а город Нанкин (nan jing - дословный перевод - южная столица) - её временной столицей. Собрание представителей восставших провинций Китая избрало Сунь Ятсена временным президентом страны.

Первого января где-то в полдень я пил заказанный в номер чай и сидел за столом в домашнем наряде, то есть в брюках-галифе, сапогах, белой рубашке и поверх неё подтяжки, всё как в фильмах про белых офицеров. Марфа Никаноровна уже попила чай, оделась и приводила себя в порядок у зеркала, как в дверь постучались.

Я подумал, что это пришёл половой за столиком с посудой для чая, поэтому спокойно подошёл к двери и открыл её.

В дверях стояли в парадных мундирах полковник Скульдицкий и генерал от кавалерии Шмит Евгений Оттович, генерал-губернатор Степного края, произведённый в полные генералы за подавление революционных выступлений. Я его видел мельком, когда решался вопрос о моём переводе в Петербург.

- Прошу вас, господа, - сказал я и быстро надел китель, висевший на спинке стула.

- Капитан Туманов, чиновник для особых поручений при премьер-министре России, - представился я, как и положено младшему по чину офицеру.

- Почёл своим долгом представиться особому представителю высокоуважаемого премьер-министра и министра внутренних дел, - сказал генерал, - начальник жандармского управления своевременно доложил мне о вашем прибытии. Хотел поинтересоваться вашими планами о работе в Энске.

- Ваше Высокопревосходительство, - сказал я, - возможно, что произошла какая-то ошибка, я здесь по частным делам, приехал навестить друзей и вместе с ними отпраздновать новый год. Намереваюсь завтра-послезавтра возвращаться к месту службы. Вот, представляю мою супругу, Марфа Никаноровна, врач Мариинской больницы, тоже вместе со мной в гостях.

Генерал посмотрел на Скульдицкого так, как смотрел городничий на Добчинского и Бобчинского, и вдруг расхохотался. Засмеялся и я, и только потом засмеялся Скульдицкий, поняв смехотворность ситуации.

- Поверьте мне, старику (а ему в то время было шестьдесят восемь лет), - сказал он, - ну никак не думал, что мне придётся оказаться в роли городничего. Думаю, что мы оставим это в секрете. А сейчас, приглашаю всех ко мне, супруга приготовила обед и ждёт нас в гости. И вас, господин полковник, тоже. Развеселили старика.

В гости ехали на губернаторском выезде. Шмит принципиально не пользовался автомобилем, хотя он ему был положен по должности.

Дома у генерал-губернатора уже ожидал его ближайший соратник, директор кадетского корпуса генерал-лейтенант Медведев Александр Ардалионович с супругой и супруга полковника Скульдицкого, из чего можно было предположить, что они уже ехали с планом приглашения меня к столу.

Глава 62

Столыпин Пётр Аркадьевич смотрел на меня, размышляя, как бы он разорвал меня, вдоль или поперёк. Или применил бы свой "столыпинский галстук".

Премьер нажал на кнопку звонка. Неслышно появился ротмистр Сенцов.

- Сенцов, нас не тревожить до особого указания, - сказал он.

Сенцов ловко щёлкнул каблуками с серебряными шпорами и вышел. Кавалеристы они мастера на это дело.

- Пойдёмте, - сказал Столыпин и пальцем указал на дверь, ведущую в комнату отдыха. - Расстроили вы меня, - сказал премьер, открывая дверцу зеркального шкафчика, где стояли бутылки и рюмки. - Что будете пить?

Мне он налил водки, себе - тоже и, не чокаясь, выпил, закусив кусочком колбасы.

Кстати и к слову, тогда не было колбасных изделий категории А, Б, или мясных продуктов, которые даже голодная собака есть не станет. Если сказано колбаса, то это только продукт из мяса.

Я выпил водки и заглушил послевкусие кусочком копчёной колбасы.

- Что нужно делать? - спросил Столыпин.

- Начинать всё сначала, - сказал я. - Я сейчас поеду к Григорию Ефимовичу, а вам нужно ехать к ЕИВ с большим приветом от Ангела. К вечеру и мы приедем туда. А там посмотрим, что нужно делать.

На том и договорились.

В резиденции Распутина я сразу пошёл в атаку.

- Ты что, хочешь убить ЕИВ и его августейшую супругу? - зловеще спросил я. - Кто должен был наблюдать за тем, чтобы всё намеченное было выполнено полностью? Ты! Потому что ты там постоянно ошиваешься и мух не ловишь. Ты и сам себе приговор подписал. Я смотрел в Книгу и там всё так, как было раньше, только неизвестна дата смерти Столыпина, а вот ваши даты ни на день не изменились. И каждый день промедленья смерти подобен. А вы целых четыре месяца ждали. И я ждал, думал, что вы образумитесь. Да только вы себя бессмертными почуяли. А в Книге написано, что апреля семнадцатого дня появится Ленин, который отдаст приказ на расстрел царской семьи и он пойдёт по всей России, срывая наземь царские орлы. Бросай всё, едем к царю и смотри, если будешь идти на поводу у самодержцев Всероссийских. Тянуть на себя самодержавие, это всё равно, что тянуть на верёвке волка, который вас и сожрёт.

Григорий слушал меня и частенько крестился. Кому охота знать день и час своей смерти? Каждый надеется прожить дольше, но сколько определено в Книге, то уже никак не обойдёшь, если не перепишешь эту Книгу в силу своих возможностей.

Олигарх может раздать на благотворительность свои миллиарды и полностью переменить свою жизнь, и, возможно, он проживёт дольше и в более лучшем настроении, чем до этого.

Может это сделать и кровавый диктатор, став нищим где-нибудь на пороге заброшенной церквушки. Но никто не гарантирует, что его всё равно найдут и повесят за ноги на воротах этой церквушки, но он может прожить подольше в радости, что его не настигло возмездие раньше.

Много имеющие никогда не пойдут на переписывание Книги, потому что думают, что уволокут за собой в могилу всё, что они накопили, наворовали или награбили. Хуже, когда так же думает диктатор, мечтающий о том, что он устроит кровавый пожар на всей планете и недостойный его народ уйдёт в могилу вместе с ним.

- Едем, немедленно едем, - чуть ли не кричал Распутин, надевая на себя тёплые вещи. Судьба судьбой, а январь январём, босиком по морозу далеко не ускачешь.

В Царское Село мы приехали, когда на улице уже смеркалось. Зимой и часы не нужны. Смеркается - семнадцать часов, светает - девять часов. Машина остановилась у крыльца Александровского дворца, и Распутин бегом бросился к парадной двери.

Я, не торопясь, вышел из машины и пошёл туда же, снимая на ходу перчатки. Мне торопиться некуда. Швейцару в ливрее сдал свою шинель, фуражку (утеплённую и с наушниками, зима же) и шашку с портупеей.

Дежурный офицер меня уже видел и повёл в комнату перед царскими покоями.

- Успеете перекурить, господин капитан, - сказал поручик, - там у них много посетителей.

Покурить я действительно успел и только я затушил папиросу, как мимо меня промчался дежурный офицер и заскочил в царские покои. Через минуту он выскочил обратно, двумя пальчиками картинно вытер воображаемый пот со лба, неторопливо подошёл ко мне и сказал:

- Очень даже срочно требуют вас. Сильно не торопитесь, там все почему-то в большом расстройстве, если попасть под горячую руку, то можно и погон лишиться.

- Живы будем - не помрём, господин поручик, - сказал я и пошёл в царские покои.

Я вошёл в гостиную и остановился у дверей, громко щёлкнув каблуками. Я строго соблюдал все правила. Нечего без приглашения переться к начальническому столу или первым тянуть руку для рукопожатия.

- Да идите же сюда, - плачуще махнула рукой Александра Фёдоровна. - Как же так? Неужели всё вернулось на свои места7

- Увы, мадам, - сказал я, - всё осталось на своих местах, только неизвестна дата удачного покушения на господина премьер-министра, а ещё написана дата появления Ленина, который отдаст приказ о расстреле вашей семьи.

- Когда же он появится? - рыдая спросила она.

- В апреле семнадцатого числа после расстрела рабочих на Ленских золотых приисках, - сказал я. - Тогда симбирский дворянин Ульянов возьмёт себе псевдоним Ленин.

- Это не брат казнённого цареубийцы Александра Ульянова? - спросил ЕИВ.

- Родной брат, Ваше Величество, - сказал я, - и он поклялся отомстить за смерть своего брата.

- Что же нам делать? - спросила императрица.

- Мне по чину не положено давать советы августейшим особам, - сказал я. - Но по моему уразумению нужно не расстреливать рабочих на Ленских золотых приисках, а арестовать владельцев приисков, если они не улучшат условия работы и жизни людей. И всё по царскому указу. Завтра же должен быть опубликован указ о том, что ЕИВ одобрил проект Конституции, которую передали на рассмотрение Государственной Думы. И третье. Указ об отмене титулования в военном и гражданском ведомствах. Титулованию подлежат только князья, графы, бароны. У остальных есть чины, по которым и следует обращаться. А далее господин премьер-министр разработает план перехода России к конституционной монархии. И об этом должно быть сказано во втором указе. Пока ещё возможно это сделать путём публикации указов, то есть обнародования правительственного курса и подрыва революционной базы в России. Если преобразования будут свёрнуты, то Книгу судеб переделать уже не удастся.

- У вас уже и проекты указов готовы? - как-то с ехидцей спросил меня ЕИВ.

- Так точно, Ваше Величество, - сказал я и положил на стол три указа, оформленные настоящим писарским почерком полкового писаря Терентьева Христофора Ивановича, которому обещано оторвать башку и вырвать язык, если он что-то и где-то ляпнет.

Над указами я поработал основательно, и они должны сыграть роль Рубикона, после которого отступать уже некуда.

ЕИВ и премьер Столыпин прочитали указы и молчаливо одобрили их. Подарочным "Паркером" ЕИВ начертал НИКОЛАЙ и поставил дату января месяца десятого числа.

Вызванный министр императорского двора генерал от кавалерии, барон Фредерикс Владимир Борисович (Адольф Андреас Волдемар) поставил на указы большую государственную печать, смахнул слезу на огромные седые усы и сказал:

- Как же, Ваше Величество, дарованную Богом власть делить с выскочками из этой Думы?

- Ваше Благородие, - влез я в старческую тираду, - а давайте опубликуем в газете грамоту Бога, которой он наделил ЕИВ божеской властью? С подписью и печатью.

Моё заявление было подобно гранате, взорвавшейся среди старушек, которые занимались вязанием.

- Да как вы смеете, - затопал ногами Фредерикс, - вы обязаны называть меня Ваше высокопревосходительство, а не благородие.

- Согласно только что подписанному ЕИВ указу, титулованию подлежат только члены императорской фамилии, князья, графы и бароны, - сказал я. - А Бароны титулуются как Ваше Благородие. Апостол Павел в "Послании к римлянам" перепутал всё и вся, передав полномочия Бога людям, которые сами устанавливают у себя власть и выбирают себе царей, а не получают её из рук Бога. Кто получил власть от Бога? История не знает таких царей. Почитайте сами внимательнее. "Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение". Речь идёт о Божьей власти, а не о земной.

Фредерикса с выпученными глазами посадили на диван и стали поить чаем, чтобы кондратий не навестил старца ранее времени. По книге судеб, в 1913 году ЕИВ пожалует ему графский титул, и он будет именоваться Ваше Сиятельство.

Это я и рассказал, успокоив старика, который со слезами стал благодарить ЕИВ за будущую милость.

- А мне чем вас наградить, господин капитан? - спросил ЕИВ.

- Спасибо, я уже награждён, - сказал я и показал на орден Святого Станислава третьей степени.

- А у меня такого ордена не было, - как-то с грустью сказал Николай Второй, - мне сразу повесили ленту ордена Станислава первой степени.

- Могу подарить свой, - хотелось сказать мне, но я остановился, потому что и так допустил много резкостей, но мне кажется, что они не были лишними. Никто на земле не получил власть от Бога, даже Папы и Патриархи не могут предоставить грамоты о вручении им Божьей власти на земле. Богу богово, а Кесарям кесарево. Так, кажется, говорил Сын Божий?

- А что вы скажете великим князьям, Ваше Величество? - раздался молодой голос пожилой женщины, сидевшей в стороне, в уголке у окна за ломберным столиком и раскладывающей пасьянс.

Это была вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, Мария София Фредерика Дагмар, родная мать ЕИВ, попечительница Женского патриотического общества, Общества спасения на водах, глава Ведомства учреждений императрицы Марии (учебные заведения, воспитательные дома, приюты для обездоленных и беззащитных детей, богадельни), Российского общества Красного Креста (РОКК). В моё время в августе 1915 года она безрезультатно умоляла Николая II не принимать на себя верховное главнокомандование, а затем в 1919 году из Крыма эвакуировалась в Великобританию, а оттуда переехала в родную Данию.

- Как они отнесутся ко всему, что вы тут наподписывали? - язвительно спросила императрица.

Все молчали. ЕИВ по причине своей природной застенчивости, и даже жена его Аликс, Александра Фёдоровна, у которой были натянутые отношения со свекровью, не была так остра на язык, как обычно. Распутин и Столыпин благоразумно помалкивали, когда речь шла об императорской родне, и все смотрели на меня.

- Ваше Императорское Величество, - обратился я к Марии Фёдоровне, - по Книге судеб вы единственная, кто останется в живых из императорской фамилии. Вам удастся в конце гражданской войны уехать в Англию, а оттуда на вашу родину - в Данию. Никого из здесь присутствующих, а также и отсутствующих, не будет в живых. Речь идёт о жизни и о смерти, а не том, что скажет дядя ЕИВ Николай Николаевич. Вся императорская фамилия будет находиться на содержании парламента, который будет утверждать сметы расходов семьи, а великим князьям придётся самим зарабатывать себе на пропитание. И если они выступят против Конституции Российской империи, то их будет ждать суд, о котором говорил поэт поручик Лермонтов.

Глава 64

Утром около министерства на меня налетел мальчишка с газетами, кричавший, что царь отменил титулования и потребовал быстрее принять Конституцию.

Я купил газету и увидел тексты всех трёх указов, подписанных вчера. Премьер работает быстро. Весь мир знает о переменах в России, а то все бы подумали, что всё вернулось вспять. Рубикон перейдён. Как вы понимаете, Книги судеб нет, и всё зависит от того, насколько хороша будет его охрана (ох, рано, встаёт охрана).

Полковой писарь Терентьев прямо охнул:

- Поздравляю Ваше высокоблагородие!

- Терентьев, - с притворным недовольством сказал я, - Вы что, не знаете, что ЕИВ отменил титулование. Вот газета, ознакомьтесь.

Терентьев, который корпел над выписыванием титулований ЕИВ в проектах указов улыбнулся как чеширский кот. Выхлопочу ему Анненский знак отличия. Хорошо служит, старается на совесть. А там подойдёт время к награждению в 1913 году медалью в ознаменование трёхсотлетия дома Романовых. Надо будет предложить ему остаться на сверхсрочную и присвоить звание подпрапорщика. Потом поговорю.

Сейчас о плане действий.

Основное! Не допустить расстрела рабочих на Ленских золотых приисках.

Первое. Продолжить активное переселение крестьян из центральных районов страны в сибирские регионы. Оказать им действенную государственную поддержку.

Второе. Ввести в практику поощрение солдат наделами земли за храбрость и героизм. Провести военную реформу.

Третье. Уравнять в правах всех населяющих Россию племён и народностей. Искоренить слово инородец и отменить черту оседлости для евреев.

Четвёртое. Ввести земство во всех губерниях.

Пятое. Восстановить университетское самоуправление. Ввести обязательное семилетнее образование для всех слоёв населения. Провести реформу русского языка, особенно в письменности, чтобы язык стал более распространённым и увеличилось число грамотного населения. Пересмотреть учебники истории российской.

Шестое. Обеспечить свободу создания и деятельности политических партий.

Седьмое. Развитие транспортной системы - шоссейных и железных дорог, водных путей, авиалиний.

Седьмое. Государственная поддержка опытно-конструкторских и научно-исследовательских работ. Научно-технический обмен с зарубежными центрами науки и техники. Поддержка крупного предпринимательства в промышленности. Развитие автомобиле- и авиастроения. Поддержка банковского сектора.

По-моему, этого вполне достаточно на первое десятилетие.

В полдень я был в приёмной премьер-министра.

- За вами никак не успеешь, господин подполковник, - приветствовал меня ротмистр Сенцов.

- До финиша ещё далеко, господин ротмистр, - отшутился я, - успеете догнать и обогнать.

Председатель Совета Министров Российской империи только что встречался с руководством полиции. Какие указания они получили, мне неизвестно, но мы это выясним и, если это будет необходимо, то внесём коррективы, чтобы не усиливать революционные тенденции.

- В погонах подполковника вы смотритесь очень внушительно, - поприветствовал меня Столыпин.

- Вы меня ещё не видели в генеральских эполетах, - сказал я, пытаясь выдержать серьёзный вид.

- Я думаю, что успею ещё увидеть вас и генералом, - сказал Столыпин, - а сейчас позвольте возложить на вас знаки ордена Святого Станислава второй степени. Шейный орден говорит о многом.

Он закрепил застёжку станиславовской ленты у меня на шее и поправил орден над верхней пуговицей кителя.

- Вот так будет лучше, - сказал он и жестом пригласил сесть на стул у приставного столика.

Я достал из папки и протянул премьеру лист бумаги с планом основных мероприятий.

Почему вы так упираете на Ленские золотые прииски? - спросил меня Столыпин.

- Если допустить расстрел, то появится Ленин, - сказал я, - он возьмёт себе псевдоним по имени реки Лены, где находятся прииски. Ленин. А это будет означать, что Книга судеб вернулась в исходное состояние и все наши усилия пошли прахом. Всё, что можно было сделать мирным путём, придётся делать после революции и кровопролитной гражданской войны. Создание нового российского государства рабочих и крестьян вызовет консолидацию Запада против России и подготовку новой мировой войны, ещё более кровопролитной и разрушительной, чем та, которая нас ждёт в ближайшем будущем. Я ещё хочу добавить, что приказ на открытие огня поступил от вашей креатуры - директора департамента полиции действительного статского советника Белецкого Степана Петровича.

- Позвольте, - возразил Столыпин, - Белецкий всё ещё на должности вице-директора Департамента полиции по вопросам законодательства, и я пока не подписал приказ о его назначении.

- Подпишете, Пётр Аркадьевич, - сказал я, - и очень скоро подпишете.

- Хорошо, - сказал Столыпин, - этим я займусь лично, вместе с вами. Что у нас дальше? Переселение крестьян. Поддерживаю. Далее. Награждение солдат землёй за героизм и храбрость. А не будем ли мы плодить новых помещиков, которые встанут стеной против аграрной реформы?

- Помещиков мы не наплодим, господин премьер-министр, - сказал я, - а вот крепких фермеров прочно поставим на земле. Страна наша аграрная и сельским хозяйством прирастать будет.

- Далее, - продолжил Столыпин. - отменить инородцев и снять черту оседлости для евреев. Уравнять всех в правах. Чтобы инородец был равен со мной в правах? А еврей с пейсами сидел рядом с графом Российской империи на банкете? Да вы, батенька, совсем рехнулись.

- Единовременно это делать нельзя, но в течение десяти лет можно сдвинуть старую карету с дороги, чтобы по ней могли ездить автомобили. Евреи открывают путь к международным капиталам и они же, пожалуй, самое драгоценное приобретение для нашего государства. Банкиры, промышленники, учёные, изобретатели, писатели, артисты - в основном крещёные евреи. Ни русские, ни финны, ни поляки, ни мусульмане, ни буддисты с ними сравниться не могут, поэтому они все и выступают с антисемитских позиций. И чем больше их бьют, тем сильнее они становятся. И умно ли забивать плетью на переправе тягловую лошадь? Как бы вы назвали этого человека? Я не уверен, что смогу убедить вас, а вы сможете убедить в этом ЕИВ. Но делать это нужно.

- Хорошо, подумаем, - сказал премьер, - но таких как я по еврейскому вопросу в России миллионы и что вы будете с нами делать?

- Перевоспитывать в соответствии с советами и опытом господина Ушинского, - улыбнулся я.

- Ладно. С пунктами с четвёртого по седьмой я согласен. Работы много, но делать нужно. С Думой возни много будет.

- Правильно, - согласился я, - парламент он и есть парламент. Нужно создавать свою политическую партию и вести работу с массами, чтобы они поддержали на выборах. И чем больше ваших сторонников будет в Думе, тем легче будут приниматься нужные законы.

- Я думаю, что если мы жандармерию назовём Росгвардией, - сказал Столыпин, - то это приведёт к более положительному отношению к ним всех слоёв населения.

- Окститесь, Пётр Аркадьевич, - сказал я, - вам тогда нужно покупать ракетку для лаун-тенниса, чтобы отбивать вызовы на дуэль от настоящих гвардейцев. Упаси Бог назвать тюремщиков кавалергардами. В сочинениях Козьмы Пруткова есть такая запись: если на клетке с верблюдом вы увидите надпись "Тигр", то не верьте глазам своим.

- Я всё удивляюсь, - сказал премьер, - откуда вы так много знаете? Где дают такое образование? Неужели там есть свои университеты? - и он поднял указательный палец вверх.

Я улыбнулся. Хорошие знания могут убедить в чём угодно любого человека, особенно из тех, кто сильно заражён предрассудками и суевериями.

Глава 66

Губернаторы придорожных губерний подсаживались к нам в поезд и ехали до тех пор, пока все вопросы не были решены. После этого они выходили на одной из станций, пересаживались в свой поезд и возвращались обратно.

В ходе совещаний Столыпин вербовал своих сторонников-государственников, которые должны обеспечить экономический рост России.

Самые большие возражения были по инородцам и евреям. Не губернаторы, а чистые национал-социалисты с имперским мышлением.

- Не трогайте курицу, которая несёт золотые яйца, - требовал от них Столыпин. - Пусть они крестятся, женятся на дворянках, сами получают дворянство, ордена, чины, титулы, но эти люди несут славу и богатство России, и вы должны их беречь.

Основное совещание проводилось в Иркутске. Если ехать дальше по ТСЖМ, то можно чуть ли не целый день любоваться красотами Байкала и ехать по горным серпантинам, удивляясь инженерному мастерству строителей железной дороги.

На совещание в резиденции генерал-губернатора Восточной Сибири были приглашены все высшие чиновники, а также владельцы компании "Лензолото" и персонально ротмистр Отдельного корпуса жандармов Трещенков. В моё время Трещенков дал команду на открытие огня по рабочим, в результате чего было убито сто семьдесят человек и почти двести человек ранено.

Совещание началось именно с ротмистра Трещенкова и руководителей "Лензолото". Столыпин сразу обвинил их в том, что они вздувают пламя новой революции и действуют на разрушение Российской империи.

Ротмистру Трещенкову было прямо сказано, что если он хоть раз выстрелит в сторону забастовщиков, то с него с позором будут сорваны офицерские погоны и сам будет осуждён уголовным судом за подстрекательство к революции.

Руководству "Лензолото" была поставлена задача в течение двух недель повысить жалование рабочих на приисках, улучшить или хотя бы начать улучшать их жилищные условия и приступить к строительству остро необходимой для приисков узкоколейной дороги Иркутск-Жигалово-Бодайбо. В случае неисполнения, компания будет деприватизирована и для неё найдут более эффективных собственников.

Такого сурового премьера не видели с 1905 года. Приезд в Иркутск по такому "маловажному" делу озадачил всех чиновников, а программа переустройства России, озвученная для всего генерал-губернаторства Восточной Сибири, была встречена настороженным молчанием от неизвестности того, что будет завтра. Закричи "ура", а завтра скажут, что это была шутка и деревянной лопатой тебе по одному месту. Так уж лучше отнестись ко всему нейтрально.

Есть такие величины "минус ноль" и "плюс ноль". Всё дело в величине угла подъёма кончиков губ. Если они немного опущены, как перед плачем, то это "минус ноль". Если чуть приподняты, как перед улыбкой, то это "плюс ноль". Если каменное и неподвижное лицо, то это "универсальный ноль" в готовности к минусу или плюсу.

В развитие этого можно предположить, что когда дела в России пойдут хуже некуда, то чиновники будут использовать термин, как "отрицательный рост" лишь бы потрафить диктатору.

Приём в честь премьер-министра отличался сибирским хлебосольством. Земля сибирская богата всем и Сибирь может спокойно прожить без всяких там центров власти с запада, развив свою экономику так, что все экономические нити сойдутся именно в центре Сибири у озера Байкал.

И, как это водится на Байкале, известный иркутский оперный певец исполнил "народную" песню "Славное море, священный Байкал", которую написал Дмитрий Давыдов.

Славное море - священный Байкал,
Славный корабль - омулёвая бочка.
Эй, баргузин, пошевеливай вал,
Молодцу плыть недалёчко.

Долго я тяжкие цепи влачил,
Долго скитался в горах Акатуя;
Старый товарищ бежать научил -
Ожил я, волю почуя.

Шилка и Нерчинск не страшны теперь,
Горная стража меня не поймала,
В дебрях не тронул прожорливый зверь,
Пуля стрелка - миновала.

Шёл я и в ночь, и средь белого дня,
Вкруг городов озираяся зорко,
Хлебом кормили чалдонки меня,
Парни снабжали махоркой.

Славное море - священный Байкал,
Славный мой парус - кафтан дыроватый,
Эй, баргузин, пошевеливай вал,
Слышатся грома раскаты.

И весь банкет подпевал за певцом. Это как в моё время элита тащилась от тюремного шансона, типа "Владимирский централ - ветер северный", так и в это время элита тащится от тюремного и революционного шансона. Практически вся элита сочувствует беглому революционеру и с мазохистской готовностью ожидает результатов громовых раскатов. А мы приехали сюда, чтобы этих громовых раскатов не было.

Я, кстати, сам грешен в отношении Байкала. Коротенькое стихотворении на тему посещения его из моего времени.

Вода на Байкале совсем студена,
Прозрачней алмаза - там видно до дна,
И Космос в глубинах всю силу хранит,
То знает на скалах угрюмый гранит.

Всех манит богатство и солнечный штиль,
И водная гладь на четыреста миль,
А если за водкой пойти в магазин,
То встретит вас пьяный мужик Баргузин.

На обратном пути в столицу мы имели долгий разговор с премьером.

- Вы, похоже, уже бывали в Иркутске? - спросил меня Столыпин.

- Похоже, что был, - сказал я, - потому что ориентируюсь в городе и в примечательных зданиях. Но память мою это не восстановило.

- Как вы оцениваете результативность нашей поездки? - спросил он.

- Результат поездки будет виден семнадцатого апреля, - сказал я, - но как предвыборную поездку лидера новой политической партии её можно оценить высоко.

- Я тоже думаю о создании новой политической партии, - сказал премьер, - а вот с названием у меня не получается. Как, например, такое название - Русь Святая.

- Название громкое, но что оно несёт в себе? - спросил я и сам же и ответил. - Ничего не несёт. Просто констатация факта, что Русь Святая. Кто её так назвал? А сами и назвали, после того как под ударами турок пала Византия и Православие переместилось в Киевскую Русь. Потом сами назвали Русь Третьим Римом и провозгласили, что Четвёртому Риму не бывать. Любой прочитавший название партии, подумает, что это партия попов и пройдёт мимо неё, обеспечив абсолютный проигрыш. Точно также будет и с названиями Русь Великая, Русь Могучая и Единая Русь.

- А если "За Веру, Царя и Отечество"? - спросил Столыпин.

- Тоже самое. Название должно отражать сущность партии и даже определять круг народа, который её поддержит, - начал я философствовать. - Кто будет в составе вашей партии? Высшие сановники и директора департаментов. Сколько их? Не наберётся и половины процента по всей России. Допустим, что они прикажут своим подчинённым вступить в эту партию? Наберётся один процент и всё. А на выборах нужно иметь большинство голосов, чтобы обеспечить большинство голосов в парламенте. Квотированное представительство - это заранее запланированный раскол парламента. Допустим, что в одной компании собрались министр, директор департамента, профессор, священник, купец, конторщик, рабочий и крестьянин. Сядут они вместе за стол на принципах равенства? Не сядут. Министр с директором за один стол с крестьянином и рабочим не сядут. И с конторщиком и купцом тоже не сядут. Вот и получается, что квотирование создаёт в парламенте фракции элиты, интеллигенции, духовенства, среднего класса, пролетариата. У крестьянина двойственная функция. Загребёт хороший урожай и станет наравне с купцами, неурожай - опустится ниже рабочего, которому нечего терять кроме своих цепей.

- Так как же назвать партию? - горячился Столыпин.

- Зарубежный опыт показывает, что чем проще название, тем она более понятна, - сказал я. - Например, в Великобритании партии лейбористов и консерваторов. Консерваторы тянут под знамёна монархии за ликвидацию всех свобод, а лейбористы за свободу предпринимательства и обеспечение свобод и прав человека. Такая же система в американских соединённых штатах. Демократы и республиканцы. Суть та же, что у консерваторов и лейбористов.

- А может назвать её вот так, просто и со вкусом: "Наш дом - Россия"? - предложил премьер.

- Очень много производных от этого названия, - сказал я. - Например, "Наш дом тайга, медведь хозяин", а вот это "Наш дом - дурдом" прилипнет намертво и ничем не отлепишь. Назовите просто "Партия прогресса", а ведь так оно и есть, и никто не перековеркает это название и кадеты (конституционные демократы) к ней примкнут с удовольствием.

- Название хорошее, надо обдумать, - согласился Столыпин.

Глава 68

Взыскательный читатель скажет о канцелярском перечислении событий, происходивших в то время в мире, и что ничего не рассказывается о семейной жизни главного героя. Попробуем возместить этот пробел.

Марфа Никаноровна после учёбы в интернатуре Мариинской больницы успешно сдала экзамен и получила квалификацию врача-хирурга (полевого хирурга). В табели о рангах это примерно, как титулярный советник или штабс-капитан по-военному.

Как в нормальной интеллигентной семье, мы встречались по утрам, по вечерам и вместе проводили выходные дни.

Несколько раз мы были на балах, в том числе один раз на императорском, я получил приглашение как чиновник по особым поручениям при премьер-министре. На этом балу я представил Марфу Никаноровну императрице Александре Фёдоровне, которая была удивлена тем, что под руку со мной шествует красивая женщина в вечернем платье. Она меня знала, как Ангела, а сейчас увидела в парадном мундире и эполетах с бахромой. С ЕИВ мы любезно раскланялись.

- Ты что, с ними знаком? - удивилась Марфа Никаноровна.

- Как тебе сказать,- сказал я, - по роду службы мне вместе с Петром Аркадьевичем приходится встречаться с многими видными сановниками.

Я знал, что этот факт будет подробно описан и отправлен нашим друзьям в Энск. Хорошо, когда друзья независтливые.

Всё время меня подмывало желание съездить на родину моих родителей в деревню Векшино Просницкого уезда Вятской Губернии. Но кого я там мог увидеть? Разве что моего деда, который родился в 1904 году? Отец мой родился в 1922 году, а мама в 1924 году. Поэтому я даже не предпринимал попыток поехать в Вятскую губернию.

В 1912 году Черногория объявила войну Турции. Началась первая Балканская война - война Балканского союза (Болгарское царство, Королевство Греция, Королевство Сербия, Королевство Черногория) против Османской империи с сентября 1912 года до мая 1913 года. Причиной войны послужило стремление Сербии, Болгарии, Черногории и Греции расширить свои территории. Война завершилась Лондонским мирным договором.

Вторая Балканская война продолжалась месяц с июня по июль 1913 года и завершилась разделом Македонии.

А мы с Марфой Никаноровной в 1913 году посмотрели "Чёрный квадрат на белом фоне" Казимира Малевича. Марфа Никаноровна была в восторге, но я своё мнение оставил при себе, не став говорить во всеуслышание, что это шутка издевающегося над мещанами художника.

Нобелевская премия по литературе была присуждена Рабиндранату Тагору, "За глубоко прочувствованные, оригинальные и прекрасные стихи, в которых с исключительным мастерством выразилось его поэтическое мышление". А мне его стихи не особенно понравились. Вероятно, переводчик был плохой.

Ханс Гейгер изобрёл счётчик Гейгера, способный измерять радиоактивность.

Отличились наши авиаторы. Совершил первый полёт первый в мире четырёхмоторный самолёт "Русский витязь". Капитан Пётр Николаевич Нестеров впервые в мире выполнил мёртвую петлю. Первый полёт самолёта-бомбардировщика "Илья Муромец".

В Северной Америке на Великих Озёрах разразился "Великий шторм", продлившийся три дня. Потерпели крушение 12 кораблей, погибло более 250 человек.

В Киеве оправдан Бейлис.

Херсонесский колокол возвращён в Севастополь из Парижа. Последний штрих войны 1854 года.

В 1912 и 1913 годах я плотно работал с конструкторами современного оружия. По мере сил и знаний помогал в конструировании современного оружия. Процесс конструирования - это длительный метод проб и ошибок, переделок, доводок, подбора металлов. Были готовы опытные образцы лёгких пулемётно-пушечных танков, цельнометаллических истребителей, автоматического оружия. Но это всё в мастерских, потому что для изготовления новой техники нужны поточные линии и вспомогательное производство комплектующих деталей. Это будет возможно не ранее конца 1916 или начала 1917 года.

Мой секретарь полковой писарь Терентьев Христофор Иванович высказал желание остаться на сверхсрочную службу, чему я был доволен и подписал представление на присвоение ему чина подпрапорщика.

- Христофор Иванович, - спросил я его, - а не приходилось ли вам встречаться с социал-демократическими агитаторами, которые обещали всех неимущих сделать хозяевами жизни?

- А как же, господин подполковник, - ответил Терентьев, - их везде полным-полно. И, уж извините меня, все из благородного сословия. К благородным доверия больше. Раз он грамотный, то он знает то, о чём он говорит. Разве будет кто-то слушать мастерового, кто кроме своих железок ничего не знает и двух слов связать не может?

- А вы не можете меня познакомить с кем-нибудь из этих агитаторов? - спросил я. - Очень любопытно посмотреть на них. Приведите кого-нибудь из них прямо сюда.

- Будет сделано, Ваше благородие, - щёлкнул каблуками Терентьев.

Выборы в Думу четвёртого созыва проходили в 1913 году. Избрано четыреста сорок два депутата. Партия прогресса получила незначительное большинство, но в союзе с октябристами и кадетами большинство было значительное, которое не мог перебить никакой другой блок. Поэтому блок прогрессистов, октябристов и кадетов выдвинул кандидатуру Столыпина Петра Аркадьевича на пост премьер-министра Российской империи. ЕИВ утвердил кандидатуру премьера и состав правительства.

Политические силы всех направлений собрались в Государственной Думе и вели там ожесточённую борьбу друг с другом, отстаивая свои программные задачи. Зачем идти на улицу с лозунгами, когда избранные представители поднимают проблемы на самом высоком уровне.

Дума не горела воинственными мотивами и требовала от правительства принятия мер по укреплению обороны России.

Прогрессисты привлекли к себе Польское коло (польск. Koło Polskie - "польский кружок") обещанием поставить вопрос о суверенитете Польши в случае её объединения в единое Польское царство.

Сразу после выборов Терентьев привёл ко мне молодого человека, о котором он сообщил мне за неделю до этого. Я уже навёл кое-какие справки и сейчас хотел убедиться в том, насколько описание соответствует реальной личности.

Адам Яковлевич Семашко. Родился 7 сентября 1889 года в Риге в многодетной семье чиновника. Отец - Яков Яковлевич Семашко, дворянин Виленской губернии, поляк. Мать - Анна Александровна, урождённая Лисинская, полька. Гимназистом в Либаве в 1907 году вступил в РСДРП, вёл пропагандистскую работу среди гимназистов и студентов. Арестовывался по подозрению в связи с социалистами.

В 1909 году поступил на юридический факультет Петербургского университета.

Я прибыл сюда в 1907 году и в 1909 году занимался своим высшим образованием. Он родился 7 сентября, а я родился 6 сентября, но старше его на семь лет. И Семашко знаменитая фамилия во времена Советского Союза. Я припомнил основные моменты его биографии, которые вряд ли буду использовать в разговоре с молодым революционером.

Адам Семашко был амбициозным молодым человеком двадцати четырёх лет от роду. Он шёл в министерство внутренних дел к жандармам и сатрапам, но встретил пехотного подполковника с орденом Станислава на шее. Никакого конвоя, никаких привинченных к полу табуреток, протоколов и понятых из числа секретных осведомителей. Чай с бутербродами, принесённый свежеиспечённым подпрапорщиком Терентьевым.

- Мягко стелет, - думал Семашко, оглядывая мой кабинет, - а потом будет кричать и угрожать каторгой.

- Адам Яковлевич, - предложил я, - давайте представим, что вы президент свободной России, образовавшейся после пролетарской революции, которая уничтожила всех эксплуататоров как класс и все страждущие люди переселились из подвалов в просторные дворцы и меблированные квартиры. И вдруг оказалось, что кто-то недоволен вашей властью и ведёт агитацию и пропаганду, призывая людей с оружием в руках сбросить эту власть и установить новый режим. Что бы вы стали делать в такой ситуации?

- Господин подполковник, - снисходительно сказал студент Семашко, - какой же находящийся в здравом уме человек будет выступать против народной власти. Это либо сумасшедший, либо враг. А как поступают с врагами? Правильно их уничтожают. Но он может и сдаться на милость победителя. Vae victis, как говорили древние греки, горе побеждённым.

- Сколько же человек вы собираетесь уничтожить, господин Семашко?

- Сколько нужно, столько и уничтожим, - сказал недоучившийся студент. - Как в нашем гимне? Отречёмся от строго мира, отряхнём его прах с наших ног. Вы же не пойдёте в грязных сапогах в чистую квартиру. Сначала стряхнёте грязь, а потом уже входите в дом. Всё естественно.

- А вы не думаете, что ваше дворянское происхождение может перевести вас в разряд врагов и эксплуататоров, который нужно отряхнуть с ваших ног?

- Дворянин дворянину рознь, - сказал Семашко. - Вот возьмите нашего лидера Ульянова Владимира Ильича. Его брат убил императора российского, а сам Ульянов организовал всех сторонников на месть за своего брата, и он не остановится ни перед чем. И мы вместе с ним.

- Скоро начнётся война, которая станет мировой, - спросил я, - будут ли социал-демократы защищать свою родину - Россию?

- Война - это самое удобное событие для революции. Все социал-демократы пойдут на войну, чтобы научиться военному делу настоящим образом, затем повернуть штыки против своих угнетателей и превратить войну мировую в войну революционную, войну гражданскую. И социал-демократы не имеют какой-то определённой родины - они интернационалисты и мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем.

- Сколько же крови вы прольёте? - спросил я.

- Сколько надо, столько и прольём, - ответил молодой революционер.

- А хотите я предскажу вашу судьбу, и вы сами определите, понравится она вам или нет? - предложил я.

- Раскинете карты госпожи Ленорман? - засмеялся студент.

- Обойдёмся и без карт, - сказал я. - И хочу вас предупредить, что мои предсказания сбываются всегда, если человек сам не приложит усилия для изменения свой судьбы. Готовы рискнуть?

- Мне терять нечего, кроме своих цепей, - веселился революционер. - Я даже почти наверняка знаю, о чём вы будете говорить. Жандармы уже по-всякому пытались меня вербовать. У них ничего не вышло и у вас ничего не выйдет. Я как колобок, который от бабушки ушёл и от дедушки ушёл.

- Но от лисы-то он не ушёл, - сказал я. - Так рассказать вам вашу судьбу?

- Естественно, господин подполковник, - сказал Семашко, - было бы глупо побывать в цирке и не посмотреть главное выступление.

- Одна просьба, - сказал я, - никому не рассказывайте о том, что вы здесь услышите, потому что вам никто не поверит, но сомнения в вашем здравом уме будут поколеблены.

В конце этого 1913 года вы будете отчислены с юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета и призваны в армию. В 1914 году начнётся Великая война и вы в 1916 году поступите в Третью Петергофскую школу прапорщиков, а затем в качестве прапорщика будете переведены в 1-й пулемётный запасный полк при Офицерской стрелковой школе в Ораниенбауме.

Во время Февральской революции 1917 года полк прибудет в Петербург и встанет на сторону восставших. В мае 1917 года на общеполковом собрании вы будете выбраны командиром полка, но это решение не утвердит полковая ячейка социал-демократической партии, которая будет блокировать все ваши действия, после чего вам придётся уйти из полка.

После Октябрьского переворота вы вернётесь в Петроград и вас назначат комиссаром отдела военных сообщений при Генеральном штабе. В декабре 1917 года вы комиссар Всероссийского главного штаба. Других кадров нет. С мая 1918 года по январь 1919 года вы командуете Уральским военным округом. В январе 1919 года - член реввоенсовета Северного фронта, в феврале - член реввоенсовета Западного фронта, а затем - 12-й армии при обороне Киева.

В июне 1919 года вы арестованы Особым отделом ВЧК. Это Чрезвычайная Комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем. Карающий меч революции, о котором вы так мечтали. Но вас спасёт Лев Давидович Троцкий (Бронштейн). Ещё не знаете такого? Узнаете.

В сентябре 1919 вы снова командующий Уральским военным округом. В августе 1920 года вас переведут на Кавказский фронт командиром Уральской особой бригады. Там тяжело ранят и отправят на лечение в Москву.

Весной 1921 года вы будете в Чите в качестве политического эмиссара всех вооружённых сил Дальневосточной республики (ДВР), позже управляющим делами Министерства иностранных дел ДВР. Советская республика всегда создавала другие республики, когда намеревалась захватить какую-то территорию и приходила "на помощь" по просьбе этой республики.

В этом же году вас переведут на работу в Народный Комиссариат по иностранным делам. С весны 1922 года вы будете работать в полпредстве (посольстве) СССР в Латвии, а весной 1923 года будете поверенным в делах СССР в Латвии. Вас вызовут в Москву, но вы туда не поедете, а уедете в Латинскую Америку.

Вы не знаете, что такое СССР? Это новое название Российской империи - Союз Советских Социалистических Республик. После революции большевики обещали реализацию права на самоопределение каждой нации, рабочим - заводы, крестьянам - землю. Заводы и землю не дали, а право на самоопределение было реализовано при помощи пролетарских штыков при создании Союза ССР.

Вы напишете письмо своему руководству с объяснениями своего поступка. Вы скажете, что с осени 1918 года стали отрицательно относиться к продовольственной политике и деятельности ЧК. Вы устали от постоянных интриг, склок, лжи и лицемерия в партийных и государственных органах, ханжества, кумовства и пьянства. Вы были свидетелем и участником борьбы партийных группировок за свои личные интересы.

В сентябре 1923 года в большевистской газете "Правда" будет опубликовано сообщение о том, Семашко Адам Яковлевич, бывший прапорщик старой армии, работавший при советской власти в министерстве ДВР, а в последнее время за границей, партбилет ? 207333, исключён из рядов ВКП(б). Он уехал в Бразилию, где в штате Сан-Паулу купил себе земельный участок, построил дом, жил вместе с женой и тремя детьми.

Вы будете проситься домой и вам разрешат приехать. При возвращении в СССР весной 1927 года вы будете арестованы прямо на границе и водворены во Внутреннюю тюрьму ОГПУ на Лубянке. ОГПУ - это новое название ВЧК - Объединённое государственное политическое управление.

Летом 1927 года Особым совещанием ОГПУ вы будете приговорены к 10 годам лагерей по статье за контрреволюционную деятельность. Ваше ходатайство о пересмотре дела будет отклонено Судебной коллегией ОГПУ.

За год до окончания срока в 1936 году Оперативной частью Соловецкой тюрьмы ГУГБ НКВД СССР вы будете привлечены по "делу" группы из 38 лагерников за "контрреволюционно-фашистскую деятельность". ГУГБ это тоже новое название ВЧК - Главное управление государственной безопасности народного комиссариата внутренних дел.

Постановлением Особой тройки (партийный руководитель, прокурор и представитель органов госбезопасности) Управления НКВД по Ленинградской области от 9 октября 1937 года вы будете приговорены к высшей мере наказания. Вас расстреляют 27 октября 1937 года в лесном урочище Сандармох. Никто не будет знать, где ваша могила.

Вот так. Если вам нравится ваша судьба, то Бог вам в помощь. Вы, наверное, атеист и не нуждаетесь в Божьем напутствии?

Адам Семашко молчал. Молчал и я. Нужно дать человеку время, чтобы обдумать всё услышанное.

- Всё это неправда, - сказал Адам. - Такого быть не может. Революция - это самое светлое, к чему стремятся выдающиеся умы современности. Мы не пойдём по пути французских революционеров.

- Революции все одинаковы, молодой человек, - сказал я. - Кто-то из великих говорил, что они все замышляются гениями, совершают их дураки, а результатами пользуются сволочи. И что революции пожирают своих детей. За последнюю тысячу лет этот постулат не был нарушен ни разу. И Россия здесь не исключение. Во время Великой войны, революции и гражданской войны России потеряет около десяти миллионов человек. Причём самые большие потери будут во время гражданской войны.

- Кто вы, откуда вы всё это можете знать? - спросил меня Адам Семашко.

- Я - Ангел, - засмеялся я, - и иногда почитываю Книгу судеб.

- Но ведь Бога нет и нет никакой Книги судеб, - пытался сопротивляться студент.

- Вы марксист и должны понимать, что правильность отражения внешнего мира в мозгу человека проверяется практикой. Практика подтверждает данные органов чувств и мышления, передаваемые людьми друг другу с помощью языка, - сказал я. - То, что вы лично не общались с Богом, не является доказательством того, что его нет. Тоже можно сказать и о Книге судеб. У вас остаётся двадцать четыре года, чтобы проверить правильность того, что я вам наговорил. А я вам ничего не говорил.

Адам встал и спросил:

- Можно мне обратиться к вам, если будет нужно принимать стратегическое решение?

- Вряд ли такая необходимость может возникнуть, - сказал я. - Вы знаете всё, что нужно и от вас зависит, всё ли будет так, что вы узнали. До свидания, молодой человек.

От меня уходил не самоуверенный мальчик, умеющий читать и писать и наслушавшийся модных революционный идей. За тот час, что мы с ним беседовали, он возмужал и стал мыслить категориями взрослого человека. Хотя, не все взрослые люди взрослые по-настоящему.

28 июня 1914 года девятнадцатилетний студент, боснийский серб Гаврило Принцип, убил в городе Сараеве - административном центре Боснии и Герцеговины, эрцгерцога Австро-Венгрии Франца Фердинанда, приехавшего для ознакомления со вновь приобретёнными территориями (то есть с аннексированными Боснией и Герцеговиной).

23 июля Австро-Венгрия обвинила Сербию в том, что она организовала убийство Франца Фердинанда. Сербии был предъявлен ультиматум, в котором требовалось произвести чистки госаппарата и армии от офицеров и чиновников, замеченных в антиавстрийской пропаганде; арестовать подозреваемых в содействии терроризму; разрешить полиции Австро-Венгрии создать постоянно действующие структуры с неограниченным личным составом для проведения на сербской территории следствия и наказания виновных в любых антиавстрийских действиях. На исполнение ультиматума было дано всего 48 часов.

В тот же день Сербия согласилась с почти со всеми этими требованиями, но не согласилась с допуском австрийских следователей к расследованию самого убийства в Сараево, и объявила о мобилизацию.

26 июля Австро-Венгрия объявила мобилизацию и начала сосредотачивать войска на границе с Сербией и Россией.

28 июля Австро-Венгрия заявила, что требования ультиматума не выполнены и объявила Сербии войну.

Россия не реагирует на объявление войны Сербии.

По данным разведки, в Германии срочно ищут казус белли (Casus belli - формальный повод для объявления войны) для начала войны с Россией. Тоже происходило в Австро-Венгрии. Нужна была реакция России, но её не было.

Немецкий писатель и политик Маттиас Эрцбергер, руководитель пропаганды Германской империи за рубежом представил рейхсканцлеру Германии Теобальду фон Бетман-Гольвегу памятную записку, в которой содержались предложения оттеснить Россию от Балтийского и Чёрного морей и создать на её западных территориях автономные государства под "военным покровительством" Германии.

9 сентября в Германии утверждена Сентябрьская программа, разработанная рейхсканцлером. Она предусматривала создание "Срединной Европы", германской колониальной империи в центральной Африке, оттеснение России на восток с отделением от неё Финляндии, Польши, Украины и Кавказа.

А на Западном фронте вовсю шли бои.

В мае ко мне пожаловали два господина по протекции моего верного секретаря подпрапорщика Терентьева Христофора Ивановича.

- Господин подполковник, - заговорщически доложил он, - есть у меня два знакомца, которые поднимут дух нашей армии в предстоящей войне. И кроме вас их и послушать некому.

У меня в этот день было лирическое настроение, поэтому я вальяжно махнул рукой и сказал:

- Давай их сюда.

В кабинет вошли два молодых человека, я бы сказал очень молодых человека лет так двадцати, за права которых мы боролись и настаивали на уничтожении черты их оседлости. Да и по паспорту они именовались как музыкант Самуил Яковлевич Покрасс и поэт Павел Григорьевич Горинштейн.

- Ваше благородие, - чуть ли не хором сказали они, - мы песню сочинили на победу русской армии. Послушайте, может, и пригодится нашей армии.

- Ребята, - сказал я, - для такого прослушивания нужен концертный зал, оркестр, авторитетные ценители, критики там, музыканты.

- Да вы не беспокойтесь, ваше благородие, - заговорили ребята, - у нас всё с собой.

Музыкант Покрасс достал из-под полы светлого плаща скрипочку, а поэт Горинштейн с листочком бумаги встал перед ним как пюпитр.

С первых же звуков скрипки я понял, что столкнулся с настоящим шедевром, который уже слышал неоднократно, ещё в коммунистические времена, но сейчас эта песня звучала совершенно не по-коммунистически. Голоса у ребят были не сильные, но звонкие и в ноты они попадали как настоящие музыканты. Скажу прямо, за что бы ни взялись эти ребята и их соотечественники, всё у них получается так, как надо.

Снова австрийцы и чёрный тевтон
Свергнуть хотят у нас царский трон,
Но от тайги до британских морей
Русская Армия всех сильней.

Припев:

Так пусть же Русская
Сжимает властно
Свой штык мозолистой рукой,
И все должны мы
Неудержимо
Идти в последний смертный бой!

Русская Армия, марш, марш вперёд!
Царь православный на бой нас зовёт.
Ведь от тайги до британских морей
Русская Армия всех сильней!

Припев.

Гасим мы вместе пожар мировой,
Тюрьмы народов сравняем с землёй!
Ведь от тайги до британских морей
Русская Армия всех сильней!

Припев.

Я созвонился с приёмной премьер-министра, он оказался не так сильно занят и пригласил моих музыкантов к себе в кабинет. Там как раз находились представители Главного штаба. И вот перед ними выступили два наших музыканта, вернее, музыкант и поэт.

Я видел скептические выражения генералов, но по мере прослушивания эти ухмылки исчезали с их лиц. Песня была встречена аплодисментами.

- Очень хорошо, - сказал Столыпин, - скоро нам потребуется эта песня.

К лету 1915 года боевая мощь Российской армии находилаcь на пределе. Премьер-министр совместно с военным министром пересмотрели состав командующих армиями. Основное требование - отсутствие антипатий между командующими соседних армий. При малейших признаках антагонизма командующие снимались с должности и отправлялись в резерв.

31 мая Россия объявила войну Германии и Австро-Венгрии. Первого июня началось массированное русское наступление на всём протяжении германского и австрийского фронтов. Немцы и австрийцы побежали густой волной, деморализуя выдвигаемые к границе части и увлекая в бегство огромные массы населения.

Две сотни танков, объединённых в танковые батальоны, наводили ужас на тевтонских союзников.

Представьте себе уменьшенную копию танка Т-34. До большого среднего танка Т-34 Россия пока не дотянулась, но вот лёгкие танки получились на славу. Хорошая проходимость, приличная скорость, мощное трёхдюймовое орудие в большой башне делали танк похожим на головастика, изрыгающего огонь из своей большой клёпаной башки.

Российские истребители имели абсолютное преимущество перед тевтонскими и быстро завоевали господство в воздухе.

К осени 1915 года были захвачены полностью Восточная Пруссия, Польша в австрийской её части, славянские страны, входившие в состав Австро-Венгрии.

На балканском направлении активно действовали английские войска. На западном фронте французы и английский экспедиционный корпус теснили немцев.

На кавказском направлении российские войска заняли территории, ранее входившие в состав Великой Армении и гора Арарат стала находиться на закавказской территории России.

Россия стала поставлять военную технику в страны Запада, что позволило к ноябрю 1915 года вынудить страны Тройственного, ставшего уже Двойственным, союза начать переговоры о мирном завершении войны.

Мирная конференция 1915 года завершила мировую войну, распределив зоны влияния стран Антанты, как гарантов мира в Европе. Конференция признала независимость входивших в Австро-Венгрию государств, объявивших о своей независимости. Австрия осталась сама по себе, и Венгрия стала сама по себе. Режим черноморских проливов приведён в соответствие с интересами победивших в войне стран, а, следовательно, и в интересах всех стран, которые имеют экономические интересы в зоне Чёрного и Средиземного морей.

Была пересмотрена и колониальная политика ведущих стран мира. Было определено, что бремя белого человека состоит в том, чтобы привести все страны, находящиеся на доисторическом уровне развития, на средний уровень, достаточный для самостоятельного развития в соответствии с мировыми тенденциями. Страны, которые желают жить по своим правилам и на своём уровне развития, должны быть ограждены от воздействия внешнего мира, чтобы не оказывать влияния на естественный ход эволюции и изолировать распространение каннибализма и изуверских видов религиозных верований.

Германии и Австрии предписано провести демократические преобразования и ограничить Конституциями власть монархов, приведших мир к большой войне.

Хотя на Германию и Австрию были наложены немалые контрибуции, им тоже были определены зоны ответственности в африканских и азиатских странах.

Вроде бы всем сёстрам дали по серьгам, но так не бывает, чтобы все были удовлетворены, особенно страны, проигравшие войну.

Для предотвращения новых войн был создан Наблюдательный совет по контролю за военными приготовлениями и состоянием международных отношений семёрки развитых стран мира.

В целом всё было хорошо. Во всех странах чествовали героев войны и шли баталии в парламентах, газеты разных политических направлений пестрели сенсациями и разоблачениями, готовясь к новым парламентским выборам.

Российский народ не успел навоеваться и рвался в бой, желая постирать свои портянки в водах Индийского океана. Особо рьяных ястребов пришлось утихомиривать как с помощью прессы, так и с помощью медицинских и судебных учреждений.

Литераторы обсасывали каждое сражение Великой войны и рисовали картины массового героизма российской нации и инородцев.

С трудом, но удалось изъять из лексикона слово инородец, введя общее наименование гражданин для всех жителей страны.

Так же сверху, как всегда это делалось в России, была произведена натуральная федерализация Российской империи.

Каждая губерния получила статус княжества со своим уставом, конституцией, парламентом и имущественными правами. Генерал-губернаторы остались только в центрах военных округов.

Московская, Киевская, Владимирская, Новгородская губернии, царства Казанское, Астраханское, Польское, Сибирское, Херсонеса Таврического, Грузинского, Псковская, Смоленская, Волынская, Подольская губернии, княжества Литовское, Финляндское, Эстляндское, Лифляндское, Курляндское и Семигальское, земли Иверская, Карталинская, Кабардинская, Армянская, Черкасская и Туркестанская и все другие губернии стали равноправными субъектами имперской федерации и все местные проблемы решали сами, оставив правительству вопросы обороны и внешних сношений.

Естественно, местные ханы и князьки стали пыжиться сверх меры и самостоятельно устанавливать межгосударственные отношения с другими странами мира. Царь и Столыпин со своим министерством внутренних дел снисходительно наблюдали за всеми потугами, так как правительства мировых держав воспринимали эти делегации без государственных полномочий как представителей инородческих племён, приехавших за границу с туристическими целями и посылали к ним на переговоры представителей общественных и культурных организаций. Зато по возвращению в земли родные члены и руководители делегаций оплачивали в казну расходы на заграничную поездку. Публикации в мировой печати о прибытии инородческих делегаций сильно били по авторитету местных князьков, начинавших понимать, что они сами по себе никто, а как представители великого государства и они являются князьями совершенно другого порядка.

Война вызвала напряжение всего технического и научного потенциала стран-участников и научно-техническую революцию в послевоенный период, что было опасно для того, чтобы перепроизводство не привело к экономическому кризису и последующим политическим потрясениям.

Я предложил Столыпину начать космическую программу, чтобы задействовать экономику и научный и технический потенциал на подготовку к полёту на Луну к 1924 году.

Всё это было оформлено официальными записками, чтобы иметь документ с резолюциями, которые бы указывали на обязательность действий. В такой же записке я предлагал выслать геологические группы на поиск нефтяных месторождений в Сибири и строительство нефтеперерабатывающих заводов по месту обнаружения нефти со ссылкой на учёного Михайло Ломоносова, который утверждал, что богатства России Сибирью прирастать будут.

В 1915 году в действующей армии мне удалось выловить двух замечательных инженеров, купеческих сынов прапорщика Зворыкина Владимира Козьмича, выпускника Санкт-Петербургского Технологического института и подпоручика Понятова Александра Матвеевича, выпускника Московского высшего технического училища. Зворыкин был в войсках связи, а Понятов был пилотом гидросамолёта.

По моей протекции их командировали в недавно созданный институт радиоэлектроники для работы над проектом дальновидения, то есть телевидения и к 1920 году в России появилось собственное телевидение, разработанное Зворыкиным, и магнитофон Понятова, который предложил использовать магнитную запись и воспроизведение не только одного звука, но и вместе с видеоизображением.

Подлинную революцию вызвало моё предложение о переносе столицы России в центр страны, например, в город Омск, находящийся в географическом центре страны и на пересечении всех торговый путей, начиная с Шёлкового пути.

Столыпин укоризненно качал головой, ЕИВ сетовал на то, что Москва и Петербург имеют богатую историю и признаны во всём мире.

- Нам плевать, что там во всём мире думают, - сказал я, - все послы поедут как миленькие. Это Пётр Великий доказал на практике. А проезжая по нашей стране, они увидят, насколько она велика и что нашу страну не завоевать никакому супостату. Сил не хватит.

В Думе дело дошло до драки и депутатов еле разняли. Зато приняли постановлении о переносе рассмотрения этого вопроса на более позднее время.

В 1917 году указом ЕИВ мне был присвоен чин полковника. В этом же году началась военная реформа, отменившая эполеты и изменившая внешний вид армии-победительницы. Мы не стеснялись заимствовать всё лучшее, что есть в мире и сами в некоторых вопросах были законодателями мировой моды.

Жизнь в России била ключом. Примерно так же, как во времена индустриализации в стране победившего пролетариата, только с тем различием, что в этой России пролетариат и трудовое крестьянство исчезало, растворяясь в фермерских коллективах и квалифицированных работниках промышленности.

Дух созидания был господствующим в стране. Можно было прямо говорить о трудовом энтузиазме во всех отраслях. Стоило только отпустить вожжи, дать свободу людям и помочь им в своих начинаниях, как сейчас стало модно говорить, в стартапах, как тысячелетняя Россия стала подниматься с печки как Илья Муромец, разминая затёкшие члены свои и внимательно посматривающая, куда она может применить силушку свою.

Мы с Марфой Никаноровной были в самой гуще событий. Она специализировалась на трансплантологии, а я был советником в промышленном комитете и заседал в Государственном Совете. Всегда приятно чувствовать, что и ты приложил руку к тому хорошему, что останется нашим потомкам.

Кстати, о потомках. В 1920 году я признался Марфе Никаноровне, что прекрасно помню, кто я такой, откуда и только не знаю, как я переместился на семьдесят восемь лет назад по времени. Всё, что я делал, это исправлял ошибки, допущенные моими предками.

Мне удалось предотвратить Вторую мировую войну, Пролетарскую революцию, гражданскую войну, массовые репрессии граждан нашей великой страны.

Мы с тобой хотели нарожать полон дом детишек, но я в сомнении, нужно ли это нам делать. Мой пример говорит о том, что перемещения во времени это не фантастика, а реальный факт и нам нужно искать механизм этого перемещения. Второе. Не известно, какие генетические изменения происходят в организме человека во время перемещения. Все эти изменения неизбежно проявятся в нашем потомстве. Я не хочу рисковать и делать наших детей объектами экспериментов. Я думаю, что ты меня поймёшь.

Марфа Никаноровна была умная и грамотная женщина, а открытия в области генетики заставляли задуматься о природе человека вообще. Да и я знал, о чём я говорю. В моё время секретилась вся информация о потомстве космонавтов. Все знали детей космонавтов до полёта в космос, но никто не знает о детях космонавтов, родившихся после их полёта в космос.

В СССР, в котором я жил, в космос летала женщина-космонавт. Я не буду говорить, как она летала, и кем и какой она стала впоследствии, но после полёта, не без идейного влияния коммунистической партии она вышла замуж за другого космонавта. Брак оказался недолгим, так как перед личными отношениями было бессильно идеологическое влияние, но о ребёнке двух космонавтов никто не знает ничего.

Это космос, а что говорить о перемещении во времени. Это явление более высшего порядка, чем полёт в космос.

Поэтому мы с Марфой Никаноровной не стали проводить эксперимент на потомстве нормальной женщины из своего времени и пришельца, ещё не родившегося в этом времени.

В России было два живущих отдельно друг от друга мирка: двор ЕИВ и сама Россия. ЕИВ был символом единой России, исполняющий церемониальные обязанности. Да что я вам буду рассказывать. Все мы знаем про жизнь английской королевы намного больше, чем про жизнь партийных бонз и несменяемых президентов. Правда, у этих президентов больше власти, чем у ЕИВ и о них мы не знаем ничего. Слава Богу, что в России до сих пор нет партийных диктаторов.

Честно говоря, у меня была задумка перед началом Великой войны съездить в Германию и пристрелить начинающего художника Адольфа Шикльгрубера (Гитлера), чтобы во время Второй мировой войны спасти десятки миллионов человек. Но потом я подумал, что гитлеров рождают не матери, а политическая ситуация. Допустим, пристрелил бы я Гитлера, а политическая ситуация призвала бы к себе Эрнста Тельмана или Эриха Хоннекера в качестве лидеров национал-социалистов и всё пошло бы так, как это предписано Всевышним.

В Германию перед Великой войной мы съездили с Марфой Никаноровной, чтобы полечиться на водах в Баден-Бадене. Но разве можно спокойно попить воды и блаженно постоять у бювета, разглядывая дам и отмечая, кто из российского света совершает променад по Европам. Меня постоянно донимали чиновники из Военного министерства, предлагая показать мне казармы того или иного полка или находящиеся поблизости оружейные предприятия. Даже за границей я оставался чиновником для особых поручений Председателя правительства российского государства и был расчёт на то, что я доведу до высших кругов организацию и техническое оснащение войск царского кузена.

Однажды я попросил представить мне молодого художника Адольфа Алоиза Шикльгрубера, чем донельзя удивил немецких чиновников и Марфу Никаноровну тем, что я знаю имена малоизвестных художников за границей. Шикльгрубера нашли и представили мне. Я посмотрел на его акварели и сказал, что ему уготована судьба быть величайшим художником, но если он станет военным, то его будут проклинать миллиарды людей, живущих на нашей планете. Как бы то ни было, но Шикльгрубер (Гитлер) не появился на страницах послевоенной истории ни как художник, ни как как диктатор человеконенавистнического толка.

Взвешенное решение послевоенного устройства мира выбило почву из-под ног национал-социалистов и убрало потребность политических лидеров типа Гитлера.

Политическая жизнь - это как река, которая пробивает наиболее слабые пласты скальной породы для того, чтобы течь в море. От того, что мы убрали лидеров большевиков, коммунистическое движение не заглохло, а получило новый толчок под руководством товарища Троцкого, возглавлявшего небольшую фракцию в Государственной Думе. Это была реальная оппозиция, которая помогала в принятии важных решений, критикуя их со всех сторон. У них были нелады с социал-демократами, но по сути это были две социал-демократические партии, каждая из которых считала себя наиболее правой во всех вопросах. И в списках этой фракции я обнаружил депутата Крысова Вадима Петровича, присяжного поверенного. Крысов звучит благороднее, чем Крысяков. А заместителем председателя Государственной Думы был мой крестник, представитель левых движений и партий, юрист и бывший пулемётчик Адам Яковлевич Семашко.

Крысова я видел в коридорах Государственной Думы. Вальяжный господин шёл под руку с знакомой мне женщиной с крысиными чертами лица. Это только в физике похожее друг на друга отталкивается, а непохожее притягивается. В жизни всё наоборот.

В нормальной жизни прошёл 1937, 1941, 1945, 1953 год. Приближалось шестое сентября одна тысяча девятьсот шестидесятого года. День моего рождения в моё время.

Россия запустила первый искусственный спутник земли в 1937 году, а в 1945 году первый в мире человек, российский лётчик-космонавт штабс-капитан Васильев поднялся в космос и совершил облёт Земли.

Войны были прекращены и все соревнования между странами производились в гуманитарной сфере и на полях овощных и зерновых культур. На горизонте возникала новая проблема - глобальное потепление и Россия в этом вопросе занимала конструктивную позицию, как одна из самых развитых и технологически передовых держав мира.

Правда, мне пришлось поучаствовать в одной войне, типа гражданской, которая развернулась на полях перестройки всей жизни Российской империи после окончания Великой войны.

Русская православная церковь, почувствовав ослабление самодержавия, решила вскользнуть из-под крыла Святейшего правительствующего синода и выдвинуть для России патриарха, как бы второго царя по делам небесным и вывести церковь из-под влияния государства под лозунгом светского государства и отделения церкви от государственных дел.

Я выступил категорически против и предложил изъять из ведения Синода вопросы духовного просвещения народа.

Кто не помнит, в 1700 году скончался последний российский патриарх Адриан и император Пётр Первый на место патриаршества учредил Духовную коллегию, которая в 1721 году и получила название Святейшего Правительствующего Синода. Синод с одобрения верховной власти России мог открывать новые кафедры, избирать епископов, устанавливать церковные праздники и обряды, канонизировать святых, осуществлять цензуру в отношении произведений богословского, церковно-исторического и канонического содержания. Синоду же принадлежало право суда в отношении епископов за совершение противоканонических деяний, окончательного решения по бракоразводным делам, делам о снятии с духовных лиц сана и о предании мирян анафеме.

Меня поддержал премьер Столыпин и ЕИВ. Церковь попыталась было развернуть пропагандистскую работу среди прихожан и предать меня анафеме со всех церковных кафедр, но Обер-прокурор Синода, как государственный служащий высокого ранга пресёк на корню эту антиправительственную деятельность. На этом дело и затихло.

В Синод было внесено предложение создать целый сонм (множество, куча, сборище) российских церковных орденов, по примеру Папы Римского, и награждать от имени церкви всех сочувствующих и помогающих церкви и государству, но на прошении была наложена подготовленная мною резолюция о том, что у России достаточно орденов, чтобы отмечать ими заслуги своих подданных и государственных деятелей других государств.

ЕИВ и его духовник Григорий Распутин были в престарелом возрасте, но сохраняли здравый ум и было неизвестно, сколько они ещё проживут, и кто будет следующим царём или царицей в Российской империи.

Я же был на пенсии и наслаждался спокойной жизнью, отклоняя предложения съездить на черноморское курорты Турции или на средиземноморье. В верхах я не толкался и после смерти Столыпина обо мне забыли практически полностью. Вполне естественный процесс. Я не ходил по школам и не завывал в телевизионных программах, стуча себя коленкой в грудь и с пеной у рта доказывая, что я - это Ангел. Нет никаких ангелов.

Перед пенсией ЕИВ вручил мне погоны флигель-адъютанта его собственной свиты и посетовал, что не может вручить мне генеральские погоны, так как у меня нет необходимого ценза командования полком. Закон есть закон и законам подчиняются все от крестьянина до императора. И какое совпадение: начинал с погон с императорским вензелем и заканчиваю службу с императорским вензелем.

Где-то в 1958 году я прогуливался в районе Баского переулка в Петрограде и из подворотни вышел маленький мальчик, лет шести.

- Дядь, а дядь, - спросил он, - а что лучше, джиу-джитсу или дзю-до?

Район этот в Петербурге не отличался особым спокойствием или благонравственностью его жителей, поэтому я проверил, как легко мой персональный пистолет а-ля Макаров, сделанный под моим непосредственным руководством, может быть пущен в дело.

Обычно взрослые подсылали малолеток к респектабельным гражданам, ребёнок оскорблял взрослых, за что ему следовало бы надрать уши, но тут появлялись великовозрастные дяди с криками: "Ты почто к ребёнку пристаёшь" избивали и грабили оказавшихся в несчастливом месте добропорядочных граждан.

- Дзю, в переводе с китайского языка, - сказал я, - означает цифру девять. То есть нужно девять раз подумать, чтобы заняться этим видом борьбы, и ещё девять раз подумать после. Так что, пацан, давай, иди, думай.

Мальчик ничего не ответил и ушёл в свою подворотню. Никто из взрослых из подворотни не появился.

- Повезло им, - подумал я, - да и этому пацану тоже повезёт.